English

АНГЛИЙСКИЕ ОРИГИНАЛЫ- L640811 Study; Evaluation of Information (SHSBC-398)
СОДЕРЖАНИЕ ОБУЧЕНИЕ: ОЦЕНКА ИНФОРМАЦИИ
СОХРАНИТЬ ДОКУМЕНТ НА ДИСК СКАЧАТЬ

Л110864 Обучение - Оценка Информации (Лекции по обучению) (2)

ЛЕКЦИИ ПО ОБУЧЕНИЮ

ОБУЧЕНИЕ: ОЦЕНКА ИНФОРМАЦИИ

Лекция прочитана 11 августа 1964 года.

О'кей. Сейчас мы с вами продолжим цикл наших лекций по вопросам обучения. Это одна из самых успешных лекционных тем, которые я когда-либо представлял вниманию слушателей - наиболее продуктивных, спорных, дающих колоссальные, просто невероятные результаты.

Если вы хотите знать, как обрести способность уверенно идти по жизни, даже находясь в центре чудовищной путаницы, то для этого вам надо узнать ответы на некоторые вопросы - основные ответы. И если вы узнаете эти самые важные ответы, то в 90 случаев из 100 вы сможете спокойно воспринимать окружающее, а в 10 оставшихся случаях вы сможете сами регулировать обстановку по своему усмотрению.

Знание - это то, что достигается в процессе обучения.

Далее. Все, что касается слов и терминов, часто сводит на "нет" все попытки человека разобраться в происходящем, а также из чего вообще состоит окружающий мир. Слова - вот что путает и "одурачивает" человека. Смысл. Что же это такое? Как вообще можно что-то о чем-то выяснить? На днях вы научитесь прекрасно во всем разбираться при помощи слов. Информация будет передаваться словами, вы будете выяснять все необходимое посредством слов, которые вас будут путать и "одурачивать". Необходимо "работать мозгами".

Итак, теперь вы "включили" свои мозги и читаете такое предложение: "Кошка была черной". Вы чувствуете, что что-то не так, что вас что-то в данном предложении смущает, что вы не знаете, как поступить, что вас абсолютно не привлекает предмет изучения кошек, сам процесс приобретения знаний о кошках или чего бы то ни было в этом роде. Иными словами, перед вами возник барьер, поскольку при прочтении предложения "Кошка была черной" у вас появилось странное чувство, и вы утверждаете: "Я не хочу изучать кошек." Но, в принципе, дело не в кошках, всё дело - в слове "черный".

Вы практически всегда связываете невозможность учиться не с теми предложениями из текста и не с теми частями учебного материала, какими нужно, поскольку никогда раньше не сталкивались ни с чем подобным, и , следовательно, не чувствуете в себе сил противостоять, начинаете "разбрасываться" или противостоять не тому, чему следует.

Итак, основным принципом, который вы должны твёрдо уяснить в связи со знаниями и обучением, является следующий: во-первых: даже если вы просто так осматриваете дерево, чтобы узнать о нем что-нибудь новое, то, значит, вы его изучаете. Не важно, насколько поверхностно это делается, ведь мы в данном случае не говорим о тщательном и скрупулезном изучении. Вы смотрите на дерево, чтобы увидеть, какой оно породы. И видите, что за такое короткое время вы уже узнаете что-то новое о деревьях. Иными словами, вы его разглядывали, чтобы узнать о нем что-нибудь еще.

Также вы можете наблюдать различные объекты на цветных картинках. Такое наблюдение нельзя назвать прямым, но, тем не менее, это также является путём, по которому к вам идёт знание, поскольку если вы сами захотите заново приобрести все знания, которые уже известны с момента сотворения мира до настоящего времени, сами по себе, в одиночку, то вы вскоре отупеете. Не хочется быть резким, но это так. Если вы самолично и индивидуально начнете собирать знания о различных предметах на протяжении всей своей жизни, то мало чего почерпнете, идя по данному пути: понимаете, ведь рядом не будет человека, который смог бы вам что-то подсказать, под рукой не будет никаких трудов, текстов и различного рода справочников. Единственное, что вы, один-одинешенек, сможете делать, так это просто думать, размышлять, осмысливать и т.д., и неоткуда будет почерпнуть информацию, основанную на полученных из различных источников наблюдениях. Иными словами, если вы хотите что-нибудь узнать о вулканах, что ж, поезжайте и отыщите вулкан. Иначе вы недалеко продвинетесь в изучении данного предмета и помрете дураком. Могу вас в этом уверить. Или просто останетесь круглым дураком, и поверьте, что о той комнате, в которой просидите всю свою жизнь, вы узнаете абсолютно все. Вы понимаете меня?

Итак, знания, полученные из вторых рук, являются чрезвычайно ценными.

Теперь о знаниях, которые вы приобретаете сами. Они, разумеется, накапливаются в результате прямых наблюдений и собственного опыта. Но даже для того, чтобы посредством прямого наблюдения приобрести какой-либо опыт, гораздо лучше пользоваться "плодами" наблюдений и опыта, накопленного другими, и только таким образом вы сможете сохранить и развивать любую, даже самую сложную культуру.

Неграмотные культуры не способны к выживанию, и их уровень совсем не высок. Аборигенов племени Бугга-Вугга из страны Буггия-Вуггия уже практически не найти среди нас, либо они в настоящее время размахивают красными флагами и бунтуют против своих центральных правительств. Для них наступили нехорошие времена. За британским Томми, который добрался до них со своим "Шнайдером" или "Ли-Энфилдом" и донес до них, прежде всего, образование, последовали лишь немногие, которые горели желанием их чему-то научить. И, конечно, учились эти люди медленно. Осваивая грамотность, они не так уж быстро впитывали культуру. Поэтому, само собой разумеется, они могли стать жертвой любых пришельцев. Если, при всех открытых для этого путях, не приходит грамотность, если нет в наличии "информации из вторых рук", то все усилия людей сводятся на "нет", они умирают, деградируют. Их просто шокирует громадный объем инородной культуры. Как счастливы они были среди своих Бонбоновых деревьев и, знаете ли, танцы вокруг этих деревьев, собственный задний двор и т.д., представляли высший уровень их интересов. Эти люди могли вам рассказать абсолютно все, что касается Бонбоновых деревьев, объяснить, почему не следует наступать на кусты Баг-баг, ведь можно напороться на гремучую змею. Ведь об этом они знают из собственного опыта.

Второе, что особенно сильно шокирует эти племена, это абстрактные идеи организации, абстрактные идеи политической философии, абстрактные идеи инженерно-строительного искусства - понятия такой материальной природы, где знание приближено к МЭПВ, где смысл незамедлительно и напрямую применяется к манипуляциям материи. Когда они с этим сталкиваются, их культура, конечно, терпит крах. Они не могут стрелять из винтовок "Ли-Энфилд". Они не в состоянии организовать себя в нормальную демократическую цивилизацию, какие бы налоги ни загребали алчные "лапы" их политиканов. Они могут стать жертвой кого угодно, их легко обратить в рабов, им легко деградировать.

Что же произошло? Да их просто ошеломили и ошарашили, представив их очам столь великолепную культуру. Вот, мол, вам великая, блестящая цивилизация. Тут вам и "Кадиллаки", и аэропланы, и электробритвы, и еще множество невероятных, немыслимых вещей. Несчастные аборигены наблюдают этот живой материальный мир, видят, как люди подчиняют себе свое окружение до такой степени, что могут жить в праздности и иметь все, что пожелают, как любая девушка, не моргнув глазом, нажав несколько кнопок, приводит в действие 125 лошадиных сил, как будто всю жизнь только этим и занималась. Иными словами, она умеет водить машину.

И, представьте себе, как все эти чудеса внезапно обрушиваются на головы этих неграмотных парней! Они понятия не имеют, как все это называется. Они слышат песню, но не знают, как ее петь. А их просто "окунают" во все это с головой - бум! Их "вдавили" во все это, они оказываются там по самые уши!

Если человек проходит обучение в Москве, ему могут внушать следующее: "Ваши собратья в глуши настолько не образованы, что если потянуть за эту, эту и эту "ниточку", и они вдруг откликнуться, то затем можно захватить все земли и получить весь их джут."

Я имею в виду то, что этическая и духовная природа коммунизма весьма, знаете ли, интересна. Если у коммунистов кончается джут, то они вводят в действие свои политические "механизмы", которые помогают заполучить этот самый джут. Лишь Южная Африка их интересует в связи с тем и только с тем, что им нужны алмазы и золото. Очень "духовно", не так ли? Они любят человечество за то, что можно от него получить, и все их методы, вся их "игра на скрипке" просто ужасны, они леденят кровь. Но, в принципе, причиной всего этого является то, что люди не знают слов.

Если вы обратите внимание на ряд некоторых терминов, применяемых в лексиконе коммунистов, то обнаружите, что этот лексикон весьма интересен и очень хитроумно составлен. Их технология - политическая технология - разработана на основе просто неслыханного крохоборства. Бог мой, они знают, как говорить и с тем, и с этим, как всех умаслить, как кого угодно переспорить, как уладить любое дело, как по всем парламентарным правилам проконтролировать проведение небольшого собрания. Их учат всему, они знают, как двигаться и действовать абсолютно неслышно для окружающих, и окружающие слышат лишь то, что им положено. Коммунистов обучают этому очень тщательно. Технология, технология - ее преподают, используя особые термины. В 1917 году такие термины еще не существовали. Технология разрабатывалась постепенно, по мере ее изучения, по мере ее передачи словами, точно так же, как я сейчас передаю вам словами различные идеи и разнообразную информацию. Но вся эта информация - из вторых уст, то есть она вся была основана на слухах и пользу самих коммунистов. Они подчиняли себе мир.

У меня перед глазами стоят некоторые представители правительств западных стран, они пассивно держат руки в карманах и не знают, что происходит вокруг них. Это выглядит точно так же, как если бы свора маленьких собачонок разрывала на части огромного сильного быка. А бык знает, что маленькие собачонки не смогут принести ему вреда, пытается их игнорировать, пытается, пытается... И, в конце концов, дело заканчивается тем, что бык падает с перегрызенной глоткой. Он просто не понимает, чего добивается эта мелочь, он, как бы, выше всего этого. Что-то в этом роде, понимаете? Часто отношение людей к окружающему походят на это. Если у них недостает знаний коммунистической технологии, они, следовательно, гибнут от этой технологии.

Очень, очень большой интерес вызывает тот факт, что эта технология передается словами, из уст в уста. Ее изучают. Ее нельзя познать путем прямого наблюдения. Но она реальна, и хорошо обученный коммунист и здесь, и там сможет ее наглядно продемонстрировать.

Современный мир сейчас подавляется безграмотностью. Неграмотных людей вокруг полным полно. И всегда существовал человек, который чего-то не знает, чего-то не понимает, чего-то не записал или выбросил важные записи в мусорную корзину. Цивилизации гибнут в связи с постоянно накапливающимся непониманием, незнанием, равнодушием, неудачами в постижении сути той или иной ситуации. Все это уже давным-давно известно, поскольку есть такие клише как "Варвары постоянно подходят к северным границам, а домой отправляются лишь ко времени сбора урожая." А однажды они не вернулись домой к сбору урожая, и это было концом Римской империи.

Рим в те времена был чудовищно безграмотен - время варваров. Они не могли уразуметь, что их люди попросту истощили свои силы. Очень важная для них информация попросту терялась: что люди, мечтающие о свободе, должны знать не только последние данные о последних достижениях в области виноделия. Необходимо очень хорошо знать обо всем, что находится в ближайшем поле зрения. Необходимо всегда держаться на плаву, быть начеку, быть всегда в нужном месте и держать ухо востро.

Можете считать себя уже покойником в тот день, когда, откинувшись в кресле, вы решаете, что знаете всё обо всём вокруг, и что уже не надо ничего познавать.

Между двумя крайностями - "нет необходимости познавать, поскольку я всё знаю" и "нет возможности познавать, поскольку я не знаю слов" - существует золотая середина, благодаря которой можно жить. Теперь вы понимаете, что представляют из себя две данные крайности? Одна из них такова: "Я знаю всё, что нужно знать, мне не нужно производить никаких наблюдений, не нужно приобретать никакого опыта, мне ничего не надо делать, потому что я знаю всё, что нужно знать." Вот что будет представлять собой конечный продукт умирающей цивилизации или умирающего индивидуума. Другая крайность такова: "Я не знаю терминов, я вообще ничего не знаю, я не понимаю ничего, что происходит в моем окружении." И это тоже довольно быстрый путь к смерти, концу, упадку.

Итак, вам необходимо следующее: знать слова и быть начеку. Вот какой девиз необходимо сделать актуальным в связи с данными лекциями. И вы всегда будете в курсе того, что где-то всегда "фабрикуется" новая технология. Будьте в достаточной мере любопытны, чтобы вовремя об этом узнать. Будьте начеку. Никогда не преувеличивайте свои познания, и тогда сможете прекрасно выжить. Действительно случается, что человек, добившийся довольно высокого положения, поднявшийся до точки превосходства над обычной "серой" личностью в своем окружении, начинает "задаваться" и преувеличивать свои способности. Например, если человек живет среди аборигенов страны Угга-Бугга и умеет читать, а все остальные - нет. Конечно, он чувствует своё превосходство, но при всём при этом даже не дает себе труда читать. Понятно?

Не хотите ли вы узнать разницу между удачливым человеком и неудачником? Она состоит в том, что один способен понимать и действовать, а другой не способен; существует два вида непонимания, как я только что говорил. Один вид - это когда человек предполагает, что всё знает, и ему больше ничего не нужно наблюдать и познавать. Это первый вид непонимания. А второй вид - это незнание слов. Вот эти две крайности. Следовательно, человек ничего не понимает и, иными словами, он не понимает и не пытается понять, либо понимает, что происходит вокруг, но считает, что не стоит больше утруждаться и далее познавать действительность. И, таким образом, эти две крайности "сливаются" в человеке, которого неминуемо ждет неудача - даже если присутствует лишь одна из этих крайностей. Он окажется "за бортом".

Но кто же, в таком случае, не окажется "за бортом"? Те, кто способен наблюдать, понимать и действовать, то есть люди, способные наблюдать, понимать и действовать. Итак, ввиду того, что наблюдение, в основном, состоит из фактов, переданных из чужих уст, попытайтесь понять, что наиболее правильным и действенным бывает наблюдение, которое идет "рука об руку" с пониманием. Так что самым важным и самым необходимым фактором при наблюдении является полное понимание. Таким образом, чем менее непосредственным является наблюдение, тем более глубоким должно быть понимание. Иными словами, ваше понимание наблюдаемого предмета должно повышаться, если прямого наблюдения не происходит. Понимание необходимо повышать до очень высокой степени, когда наблюдение становится непрямым. Если вы имеете возможность наблюдать, к примеру, дерево лишь косвенно, то вам нужно очень хорошо, от "а" до "я", понять все, что касается этого дерева. И, собственно говоря, понять все нужно гораздо лучше, чем если бы вы стояли рядом с деревом и вели прямое наблюдение. Это факт, каким бы странным он вам ни показался.

В процессе обучения понимание является заменой "массы", то есть наглядности. Если у вас нет перед глазами дерева, но вам кто-то о нем рассказывает, то вам следует четко понять всё, что вам говорят, иначе ваше наблюдение будет неправильным. И, если вы не понимаете того, что вам рассказывают о данном дереве, или самого способа передачи информации, то вам будет абсолютно не ясно всё, что касается данного дерева, и вы не сможете правильно воспринять эту "массу", поскольку информация передается с чужих слов. Понятно?

Материал, который я сейчас объясняю, является чрезвычайно сложным, но он очень важен. Если у вас нет перед глазами дерева, чтобы на него смотреть, и если вы пытаетесь изучить данный предмет с чужих слов, то вам необходимо тщательно, просто "кровь из носа", понять всю информацию с чужих слов.

Далее. Существуют две вещи, которые вам необходимо понять в связи с тем, что вам говорят, то вы читаете или косвенно наблюдаете. Поймите, что косвенное наблюдение может производиться уже после свершения какого-то факта, после прошествия какого-то времени. Вы можете сказать: "Совершенно очевидно, что здесь когда-то росло дерево, поскольку мы видим пень." Или: "Мы видим молодую поросль - здесь скоро будет дерево." Понимаете? Ваше понимание может также "забираться" в прошлое или забегать вперед по времени, а также с точки зрения выполнения наблюдение может быть прямым или непрямым. Итак, наблюдение может быть прямым или непрямым в зависимости от того, как оно производится. Вы можете разглядывать дерево сами, вам могут о нем рассказать. Следовательно, в одной "связке" существует два, а фактически - несколько видов наблюдений.

Но в настоящий момент в наши цели не входит исследование типов и видов наблюдений, я просто хочу предупредить вас об их существовании, чтобы вам все было ясно в процессе обучения. Все остальное - детали. Всё интересно, весь данный предмет чрезвычайно интересен, но суть вот в чем: если вы не ведёте прямого наблюдения за предметом, если вы только всего лишь читаете о деревьях, к примеру, а не разглядываете их в натуре, то ваше понимание должно быть гораздо глубже, чем при прямом наблюдении. В данном случае понимать предмет нужно гораздо лучше, иначе он будет для вас потерян.

Всё это весьма интересно, поскольку невозможно перечислить всех трудностей, возникающих в случае передачи информации через "вторые руки". Предположим, четыре человека пытаются описать слона, причем у всех у них завязаны глаза, они ощупали его руками и пытаются описать этого слона, или кого угодно - всё равно. И эти четыре "мудреца" выдают вам массу сведений о слоне. Они не могли наблюдать его, поскольку у них были завязаны глаза, и они "выдали" просто дикие описания. Поэтому, давайте попытаемся понять, что представляет собой понимание, когда мы имеем дело с непрямым наблюдением - то есть, когда мы что-то изучаем при помощи чего-либо. Если наблюдение является непрямым, то в наше понимание должна быть включена оценка того, насколько надежна та информация, которую мы получаем. Понимаете? Мы должны понимать, насколько данные нам сведения правильны или неправильны, верны ли они, или где-то проскальзывает неточность. Иными словами, мы должны быть в состоянии оценить истинность передаваемой нам информации. И это должно являться частью нашего понимания.

Именно здесь мы вдруг теряемся, именно здесь возникает путаница, и для того, чтобы в ней разобраться, требуется время.

Итак, в данный момент мы находимся на том этапе развития цивилизации, когда люди не только с уверенностью говорят: "Мы знаем", но и говорят: "Кто-нибудь, может, это и знает, а нам незачем." Эй, да что же это такое? Что это за безразличие? "Нам больше ничего не надо знать. Прекрасно, если кто-то где-то об этом знает, что где-то есть настоящие знатоки данного вопроса."

Я цитирую Эйзенхауэра. Он всегда зависел от авторитетов. Самым надежным источником информации по любому предмету всегда были авторитеты, и он никогда не начинал никаких дел без консультации авторитетных лиц, и устраивал все таким образом, что ему не надо было ничегошеньки ни о чем знать.

Никогда не существовало ни одного информационного корпуса, чтобы информировать его о приближении национального кризиса или чего бы то ни было в этом роде, когда он находился на площадке для игры в гольф или где либо еще. Через этого человека никогда не проходило ни одной коммуникационной линии. Свою национальную политику он строил на основе информации журнала "Ньюсвик". На самом деле! Он дошёл то такой точки, когда газетный репортёр считался экспертом в области политики. Что ж, я могу допустить, что газетные репортёры вполне умный народ, и они все считают, что если предоставить дело им, то они решат все проблемы в один момент, но довольно интересной является ситуация, когда политика газетных репортёров начинает доминировать во всей национальной политике. Они могут заниматься продажей мыла, понимаете? В этом случае можно производить исследования мотивировок. Но доверять этой информации ни в коем случае нельзя.

Итак, частью вашего понимания должно являться то, что вы понимаете - ложность или истинность источников информации - или то, что вы пытаетесь понять.

Следовательно, частью обучения является осознание надёжности вашего источника информации, и у вас должны быть свои представления на этот счёт. Это само по себе является ещё пробной "линией". Вы можете сказать: "Итак, этот человек говорит о том, в истинность чего сам верит, а если он перестанет в это верить или найдёт что-то другое, во что можно верить, то он мне об этом скажет." Что-то в этом роде.

Вы можете сказать: "Ладно. Вот источник информации, и это хороший источник. А если я узнаю что-то из другого источника, то есть, если мне сообщают что-то, то, значит, эти люди абсолютно уверены в том, что я непременно должен пропустить эту информацию через себя. Она может быть правдой, она может ею и не быть, но мне, всё же, будут её сообщать, поскольку они уверены в своей правоте." Что-то в этом роде, понимаете?

Приведу пример. Только что я прочёл три учебника - три учебника, написанных профессором Колумбийского университета, который, в чём я уверен, никогда не держал в руках цветной плёнки, но однако, писал по вопросу цветной фотографии. Мне нужно было изучить эти учебники, поскольку это было необходимо для дела. Мне предстояло сдать экзамен по данному предмету. Я сам отснял больше цветных плёнок, чем этот человек может себе представить. Но это был тот самый случай, когда мне нужно было учить что-то, чтобы сдать экзамен. Я это понимал. Я осознавал тот факт, что мне нужно это изучать только ради того, чтобы сдать экзамен. Вы чувствуете, надеюсь, всю "хитрость" такого обучения?

Также стало понятно, что этот человек обожает выставлять напоказ свои знания. Он жить без этого не может. Бывало, как вставит замысловатое техническое словечко в середине какого-либо предложения, да так, что его невозможно найти ни в одном словаре. А это словечко там и не нужно. О, Боже, только бы оно не ввело в замешательство! Итак, прямо посреди какого-либо предложения вы вдруг натыкаетесь на слово типа "азотосоставляющая, краскообразующая компонента". Он говорит (цитирую дословно): "Сейчас мы введём новый термин "азотосоставляющая, краскообразующая компонента", значение которого я поясню позже." Он так и не даёт никаких объяснений. Вы заглядываете в словарь фотографических терминов. Что же это такое - "азотосоставляющая, краскообразующая компонента"? Но вы не можете найти. Там этого просто нет. Вы ищете везде, где только можно, но не можете найти. Что же делать? Лечь и умереть, так и не продвинувшись дальше этой строчки? Нет, ваше понимание должно охватить тот факт, что глупый осёл сам не знает, о чем говорит, раз никто и нигде не даёт этому определение. Ну, возможно кто-нибудь когда-нибудь даст определение, но самое главное то, что вам не нужно этого знать, чтобы продолжать обучение.

На самом деле очень интересно то, что очень часто человек пропускает какой-то пункт понимания и уверен в том, что у него неминуемо возникнут проблемы. Но частью обучения является то, что нужно понимать технологию обучения и знать, что если на следующей странице возникает "головная боль", то это происходит в связи с непониманием какого-либо одного слова. Понятно?

Иными словами, понимание - дело очень тонкое. И вам нужно стать весьма и весьма искусным. Вы читаете об инженерных работах, проводимых древними египтянами, которые описываются нашим современником, инженером, читающим лекции в Массачусетском технологическом институте. Но его следовало бы отговорить от этого дела. Он не может писать - вполне вероятно, что он великолепно строит мосты, но писать он не может. Да, он таков, а вам нужно узнать что-то остроительстве мостов в древнем Египте. А всё описание изобилует терминами, связанными с напряжением, различными механическими воздействиями и всякими нам нагрузками - ох! А затем, когда он уже на самом деле хочет стать понятным, то вдруг ни с того, ни с сего посвящает целых четыре параграфа сложнейшему интегральному исчислению, не давая никаких объяснений относительно того, как понимать те знаки, которые используются в интегральном исчислении.

У меня с собой есть книга по данному предмету с цветными репродукциями, написанная неким англичанином, который занимался этим делом. Просто замечательная книга. Подумать только, в любом исчислении существует система уравнений, которая всё объясняет. Разумеется, я абсолютно не волновался по поводу того, что я чего-то не понял в той книге о мостах. Читая ту книгу, я просто смеялся автору в лицо! Я не зацикливался на каждой строчке, думая, что не имею права пропустить её, я был так хорошо проинформирован относительно данного предмета обучения, что знал: если мне вдруг придётся пропустить что-то, это не будет играть решающей роли. Иными словами, я мог спокойно "пробиться" сквозь этот "строй" неясных терминов. Понимаете?

Аудитория: "Да."

Итак, вы можете намотать на ус данный факт относительно бучения.

Я понимаю, что, говоря о предмете обучения, это всё похоже на поступление в высшую школу ещё до детского сада, но я просто хочу продемонстрировать, до какой степени это может дойти. Вы можете очень много почерпнуть из диссертации преподавателя, читающего лекции в МТИ, изобилующей всяческими инженерными терминами по поводу мостов, которые строились в древнем Египте, не посмотреть в словаре ни одного из всех этих мудрёных "технизмов" и преспокойненько дожить до конца диссертации. И что произойдёт, как вы думаете? Вы всё равно что-то узнаете о мостах. Вот, какие вы умные.

Последние издания "Энциклопедии Британника" требуют именно такого умения, которое должно уже приобрести форму искусства, потому что авторы её статей просто-напросто щеголяют своими знаниями перед профессионалами. Специалисты по садово-парковой архитектуре настолько критиковали их за статьи в этой области, что теперь они стали помещать в энциклопедию лишь профессиональные статьи. Теперь никто не может их понять, кроме специалиста по садово-парковой архитектуре. А этот специалист никогда не станет читать статей данной области в "Энциклопедии Британника". То же самой можно сказать практически обо всех профессиональных диссертациях. Все они изменили стиль написания.

Современный стиль стал совершенно непонятным и, скажем так, "понятным кому-то другому", поэтому, хотя современные авторы и пытаются впечатлить читателя, читатели, в основном, всё пропускают и говорят: "Да, мы не специалисты, мы - ничто, а ведь есть же люди, которые в этом разбираются..." Всё это доводит до ужасной путаницы, до самого настоящего упадничества.

Я сам пользуюсь старым изданием 1890 года. В этом издании можно прочитать о садово-парковой архитектуре, и данная статья была рассчитана на дурака, который совершенно не разбирается в этой области. Там можно найти всё, что нужно. А в новых изданиях - нет. Скоро настанет время, когда издание 1890 года станет такой редкостью, что совсем выйдет из употребления, и я уже не смогу пользоваться никакой энциклопедией.

К тому времени я обязательно должен что-то для себя придумать, ну, найти ей какую-нибудь замену, пусть из целой кучи книг. Да. Я знаю, что придётся это сделать. Квентин уже собирает хорошие учебники, я буду делать то же самое. Это, кстати, решение проблемы. Он собирает всевозможные книги: "Электроника для детей", например, ещё много чего "для детей". Если заглянуть в такие книги, то там можно найти всё, вплоть до "Облегчённого варианта интегрального исчисления для шестилеток", понимаете? По сути, всё это очень трудно для детского понимания. Не знаю, как это возможно, но ему там всё ясно. С ума сойти! Да, авторы делают всё, чтобы книга была понятна для детского восприятия и, следовательно, я могу собирать детскую литературу, чтобы всё было нормально. Вот, чем я займусь. Может быть, дети и не смогут ничего понять, но я-то смогу!

Так или иначе, вся информация там подобрана так, чтобы понятны были все слова той или иной профессиональной или технической области - чтобы были все "уточные и основные нити". Все специальные слова использованы для проведения специальных наблюдений. И, когда мы уже, как специалисты, перейдём к этим самым специальным наблюдениям, всё пойдёт, как по маслу. Но, если вам необходимо внедриться в определённую сферу для поверхностного понимания, и вы сталкиваетесь со специальной лексикой, вы тут же запутаетесь.

Вот, где находится разница между простым знанием о предмете и профессиональным знанием. Разница громадная. В данное время существует множество людей, которые притворяются, что знают очень много в какой-либо области, но на самом деле не имеют даже поверхностного образования в этой сфере. Их можно назвать дилетантами. Дилетантизм - это веяние времени.

К примеру. Кто такой доктор медицины, как не дилетант в области психологии? Именно так! Он имеет самые поверхностные знания, он в этой области - никто. Просто бесстыдство с его стороны пытаться этим заниматься! Прослушав шестичасовой курс лекций, он вдруг появляются в какой-нибудь больнице на берегу Темзы, как я уже упоминал; этим и ограничивается всё его образование в области психологии. Но сертификат лечащего врача даёт ему карт-бланш и в сфере психологии. Просто невозможно поверить, но это так. Именно так. Общество стало настолько многочисленным, что никто не против вызвать "специалиста", который ничего не смыслит в том вопросе, по поводу которого его вызывали. Это ведь "специалист" в области человеческого рассудка - он проучился целых шесть часов!

Существуют специалисты по головному мозгу и нейронам, а существуют специалисты по психологии и нейрохирургии. Но первые являются профессионалами именно в области операций на головной мозг, а не психологии. Они разбираются в мозге - прекрасно! Если кто-то получил пулю в череп или что-то в этом роде, то эти люди, вероятно, смогут помочь. Но пожалуйста, не надо в связи с тем, что вы можете вытащить пулю из черепа, прикидываться знатоком человеческого рассудка, поскольку это не имеет ничего общего с рассудком. Это касается лишь черепа и головного мозга. Это вполне показательный пример того, какое различие существует в терминологии.

Сейчас я пытаюсь вам разъяснить, что существует множество разнообразных подходов к изучению предмета. Подход может быть дилетантским: "О, да, я знаю о живописи всё. Да, да, я целый семестр изучал искусство на первом курсе института. Преподаватель показывал нам различные литографии на картоне, и я достиг такого уровня, что почти всегда могу отличить Рембрандта. Я стал прекрасно разбираться в искусстве, я знаю о нём очень многое." И сколько же времени обучался этот человек? Один, два или три часа в неделю за, может быть... Я не знаю, сколько длится семестр. Шестнадцать недель, что-то в этом роде. И за это время, после того, как человек рассматривал картины в течение пятнадцати или шестнадцати часов, он стал специалистом в области искусства! Ну, разумеется, это лучше, чем человек с улицы, который и слыхом не слыхивал об этих картинах; немногим, но лучше. Но у всех людей создаётся впечатление о том, что он на самом деле знает живопись, хотя в действительности он ничегошеньки не знает. И, разумеется, уверенность в собственных знаниях создаёт у него самого любопытное и довольно опасное отношение к приобретению знаний в будущем. У него возникает ложное понимание. Он сам думает, что является человеком, искушённым в данном предмете. На самом деле - нет, ему знаком лишь перечень определённых картин. Он ничего не знает об искусстве, его никогда ничему относительно искусства не учили. Лишь перечень каких-то картин - и всё.

Хотя я постоянно имею в виду фактор времени, но знания в области искусства не находятся в прямой пропорциональности со временем, затраченным на обучение. Гораздо большее значение имеет то, серьёзен или не серьёзен ваш подход к этому. Насколько глубоко вы бы хотели изучить предмет. Если вы хотите знать предмет лишь та том уровне, чтобы уметь поддержать о нём разговор, то вы будете напоминать дебютантку с Парк-Авеню. Она может поговорить об искусстве - как мило! И когда на одном из балов ей кто-нибудь скажет: "Как вы похожи на Мадонну", она поймёт, что речь необязательно идёт о религии, понимаете? Искусство, понимаете ли, искусство!

Хорошо, давайте ещё немного углубимся в сферу искусства. Насколько же серьёзно эти люди хотят постичь сей предмет? Хотят ли они лишь разбираться в нём настолько, чтобы не выглядеть абсолютными тупицами, или разбираться так, чтобы как-то использовать его? Хотят ли они украсить свой дом по всем правилам искусства? Как уметь выбрать картину, сделать так, чтобы она хорошо вписалась в интерьер, и вообще - что делать с этими картинами?

Можно также, хотя и необязательно, двинуться в этом направлении дальше, но немного другим путём: к примеру, человек хочет много знать об искусстве в связи с надвигающейся угрозой инфляции. Понимаете, надвигается инфляция. Можно покупать землю, что не очень-то мобильно, можно покупать золото, если вы знаете, где его раздобыть. Но вы не являетесь гражданином Америки, а оно будет расти в цене, поскольку деньги обесцениваются. Либо можно скупать произведения искусства. А при помощи искусства в наше время можно сделать хороший бизнес, находясь среди людей, которые ничего о нём не знают и расценивают его только как путь вкладывания денег. Вы будете просто поражены, каким огромным этот бизнес может быть по своим масштабам. Итак, хочет ли этот человек изучить искусство настолько, чтобы знать, обманывают его специалисты данной области, или нет? Вот, как далеко хочет пойти этот человек. Ему придётся поучиться достаточно, чтобы узнать кто чего знает в этой области, чтобы в случае чего не остаться в дураках. Иначе он может потерять последнюю рубашку, понимаете?

Или вы хотите знать об искусстве достаточно, чтобы стать знатоком и, может быть, даже обучать других пониманию искусства? Давайте пойдём ещё дальше, ведь нам нужно узнать об искусстве ещё чуточку больше, не так ли? Теперь мы, допустим, изучили самые азы. Или нам надо достигнуть такого уровня мастерства, чтобы, если бы удалось, мы могли сесть, взять карандаш и нарисовать вазу с нарциссом? Мы можем сказать: "Ну вот, опять всё сначала!" Ведь любой малыш из детского сада обязательно пытается нарисовать вазу с нарциссом. Мы вернулись назад в сферу действенности.

Я должен заострить ваше внимание на то, что ни один ребёнок из детского сада почти никогда не устанавливает никаких ассоциаций. Чудесно, если у него получается что-то вроде вазы и т.д., тогда можно говорить о том, что называется "артистическим даром", но нет ничего проще, чем разрушить этот самый "дар", поскольку он не был основан ни на знаниях, ни на понимании. Такое мастерство уйдёт. Оно "улетит" прямо из-под пальцев, если ему когда-нибудь снова придётся рисовать. Чрезвычайно просто сбить такого "художника" с толку.

Вернёмся к тому, о чём говорили выше. Вы берете в руки карандаш; вы берете белый лист бумаги и решаете изобразить вазу. Тут-то и начинается ваше образование. Вы понимаете, что если как-то переместить ваш лист бумаги или сесть как-то по другому в процессе рисования, то пропорции вашей вазы также изменятся. Об этом надо знать, не так ли? Иными словами, если вы рисуете верхнюю часть вазы, низко склонясь над изображением, то она у вас получится крупной. А если вы откинетесь назад, расслабитесь, и в таком положении будете рисовать нижнюю часть вазы, то она получится маленькой; крупный верх и маленький низ - не смотрится. Но вам кажется, что именно так всё и должно быть. Что ж, именно тут и началось ваше образование в области искусства: нужно всегда держаться в одной и той же позиции. "Точка, с которой я смотрю на изображение, и расстояние между мной и изображением очень сильно влияют на то, что получается на бумаге." Именно так. Теперь вы уже нацелены на конечный результат, именно в этот момент вы находитесь на пути к тому, чтобы стать профессионалом. Даже если вы всё это делаете для заполнения досуга, вы всё равно на верном пути к тому, чтобы им стать.

Что ещё необходимо знать о предмете? Вам следует знать, что если вы рисуете, выполняя размеры "один к одному", то это до ужаса просто. А если вы пытаетесь уменьшить или увеличить размер вазы на бумаге по сравнению с той, которая стоит у вас на столе, то это не так уж и легко. Но как же рисовать, не придерживаясь размеров? Вы никогда не должны менять положение листа бумаги или доски для рисования на столе. Вот и всё, не правда ли, просто?

Большинство людей не могут рисовать натюрморты по одной весьма интересной причине, касающейся техники рисунка: они всё время пытаются уменьшить изображение на бумаге. Они пытаются нарисовать большую вазу, хотя смотрят на маленькую, и наоборот - нарисовать маленькую, смотря на большую. Когда они двигаются, их взгляд постоянно переносится с большой реальной вазы на нарисованную, и размер изображения не получается "один к одному". Понимаете, они смотрят на большую вазу, пытаются изобразить маленькую, и не могут достичь верных пропорций, поскольку размер уже нарушен. Они теряются в подобной ситуации. Они не знают правильного пути, не видят выхода: "Боже мой! Каких же сложных механических и математических действий требует рисование миниатюрной копии большой вазы - вы представить себе не можете!" Всё продвигается с ужасающим "скрипом". Ах, как же это, на самом деле, просто! Вы устанавливаете вазу вон там, сюда кладёте лист бумаги, берёте карандаш и рисуете те самые линии вазы, которые видите в реальности, такого же размера. Голову никуда не надо поворачивать, лист бумаги не надо никуда вертеть, ваза стоит на месте - и раз, раз! Всего несколько штрихов - раз, раз! И, поскольку вам не надо постоянно трястись и дёргаться, у вас получится приличный рисунок вазы.

Я просто демонстрирую вам, как вы понимаете, небольшие примеры технологии. Итак, вы уже на пути к профессионализму. Вы можете сказать, что обучение, которое заканчивается лишь тем, что появляется понимание, является довольно ценным и представляет собой большую часть культурного потенциала общества. Точнее говоря, обучение без деятельности. Когда вы, получив какую-то порцию знаний, ничего особенного не собираетесь предпринимать и у вас нет никаких особых намерений - что ж, это неплохо, это интересно, разве это не замечательно? В нашем обществе громадное количество знаний рассматривают именно так, и просто великолепно, что люди всё это изучают. Многие вещи необходимо знать. К примеру, чтобы кое-что знать об автомобилях, необходимо уметь производить действия для подготовки его к работе. И, прежде чем начать платить кому-то за ремонт автомобиля, надо самому что-то знать о ремонте. Иными словами, надо всегда регулировать свою деятельность, понимаете? И ваше понимание будет достаточным, чтобы вас не обжулили при покупки "Моны Лизы", поскольку настоящую "Мону Лизу" некий Джо купил ещё вчера.

Следовательно, в реальной жизни ваше понимание должно охватывать множество вещей, заниматься которыми пока не входит в ваши намерения. И ничего плохого в этом нет. Но не следует вводить это в привычку, не надо. Если занимаетесь каким-то родом деятельности - занимайтесь им.

А деятельность, конечно, требует гораздо, гораздо, гораздо большего понимания, чем простое наблюдение. Если вы принимаетесь за какое-то дело, то это потребует от вас гораздо большего понимания, и иногда вы можете весьма и весьма разочароваться, получив первые результаты деятельности. Ваше понимание сперва не соответствует той деятельности, которую вы выполняете, понятно? И вы должны уяснить, что для выполнения чего либо необходимо достичь очень хорошего понимания данного рода деятельности. Вот какой "урок" вам нужно из этого извлечь; а вот "урок" который вы не должны извлекать: "Это всё очень трудно."

Говоря об отдельных предметах, вам нужно научиться признавать следующее: "Я этого никогда не смогу применить." Некоторые вещи, как это ни странно, могут быть применимы лишь на самых высших уровнях суперобразования. А на высших уровнях этого самого суперобразования существует множество вещей, которые никогда не применялись, и на применение которых можно только надеяться в будущем, но ими, всё-таки, перегружают "линии". Их невозможно ввести в действие, они не ведут ни к какому конечному результату. Может быть, это звучит странно, но это так. Это, например, если при помощи интегрального исчисления производить измерения движений, выполняемых пропеллером самолёта или хлыстом - движения примерно одного и того же характера. Представьте, при помощи интегрального исчисления измерять все движения, все изгибы, производимые лопастями пропеллера или кнутом. Зачем, ведь это так глупо? Зачем, к примеру, изучать неимоверно трудные процессы "для избранных" на том уровне, чтобы их выполнять, хотя они не применялись на протяжении трёх столетий?

А некоторые вещи вообще никогда не применялись. Ими никто никогда не пользовался. И вы также должны это учитывать, когда доходите до определённого уровня сложности. Помните, что этого, возможно, никто и никогда не делал. Возможно, это слишком сложно. А, может быть, это и не сложно, но никто этого просто никогда не применял. Я имею в виду то, что никто и никогда, например, не измерял изгибы движений кнута при помощи интегрального исчисления. И вы не совершайте глупостей, если зайдёте так далеко.

Всё это является частью вашего понимания предмета. Для чего вы изучаете тот или иной предмет? Если вы намерены далее действовать, приобретя необходимые знания, то вам следует действовать постепенно - по градиенту. И обнаружите, что первый раз человек терпит неудачу сразу же ПОСЛЕ ТОГО, как наткнётся на слишком трудный градиент. Не в этот самый момент и не до него.

Интересным фактом является то, что человек обычно "спотыкается" на том градиенте, который следует сразу за непонятым градиентом. То есть в своём понимании он опаздывает на один "шаг".

Вам надо сделать следующее: поручить этому человеку выполнить ряд действий на таком уровне, чтобы он мог их завершить и достичь своей цели. А уверенность и понимание идут рука об руку с деятельностью, то есть деятельность - это ещё один метод, помогающий достичь понимания. В дополнение к тому, что деятельность ведёт к достижению какой-то цели, она также способствует пониманию. Итак, деятельность - это "ключ" к пониманию. И если вы чувствуете, что вас затягивает "трясина" непонимания, то вам необходимо действовать. Интересно, не так ли?

Я знаю это по собственному опыту. Только что я прочёл три книги, посвящённых цветным фотоплёнкам, бывшим в употреблении в незапамятные времена. Ведь я изучаю цветную фотографию по различным книгам, а три данных учебника, хоть и были написаны современными специалистами, уже давно должны "отойти в историю". Они уже не актуальны, и в наше время очень мало осталось из того, о чём в них говорится. Их автором является профессор Колумбийского университета, который, что весьма вероятно, никогда в жизни не проявил ни одной цветной плёнки. Все инструкции и т.п. в основном взяты из литературы, выпускаемой компаниями, занимающимися в то время производством плёнки. В этих инструкциях речь шла только о положительных результатах, и издателям даже в голову не приходило, что у кого-то могут возникнуть проблемы. Такого результата можно было достичь - ведь в наличии был необычайно интересный теоретический подход, что совершенно необходимо для понимания предмета, но для этого нужно было совершить ряд действий, которые в настоящее время уже устарели и никоим образом не связаны с предметом. То есть, я хочу сказать, что с подобного рода путаницей и неразберихой я не сталкивался никогда в жизни. На самом деле. Ведь все эти жизненно необходимые технологические основы, исторические методы, все описания действий, химические технологии - всё это сейчас уже не то что не актуально, а просто абсолютно устарело для данной области, понимаете? Все эти основы и т.д.

Меня это всё страшно раздражало. Но это ещё не всё: внезапно там предлагают изучить фотоплёнки, которыми никогда не придётся снимать, но о них ,всё же, надо прочитать в предлагаемой литературе. А это просто ужасно, так как я уже узнал о том, что все эти плёнки, не говоря уже цветных, просто лежат на столе у производителя, и он никогда в жизни не выйдет с ними на улицу снимать. Их нужно просто выбросить в помойное ведро. Понимаете? От них нет никакого толку! Я даже слышать об этом не хочу! Конечно, ведь он же не пользуется этими плёнками. Он должен их продавать, и не просто производить, а продавать, поэтому он хочет дать им наилучшую рекламу. Естественно, он говорит, что эти плёнки пользуются огромной популярностью у разнообразных "звёзд", хотя на самом деле это не так. Он говорит то, чего нет. И все описания работы с данными плёнками просто неуместны.

Зачем же было вообще включать весь этот материал в текст учебника? Ведь автор знал, что такая область, как цветная фотография, очень быстро прогрессирует и обновляется. Она прогрессирует настолько быстро, что нельзя, не производя модернизации текста, ожидать о читателя того, что он будет изучать автохром, которым не пользовались с 1920 года, ведь тогда ещё даже не было нормальных фотоаппаратов! Кому это нужно? Может быть, конечно, это и хорошо - знать, что когда-то существовали такие плёнки, а также всю связанную с ними теорию, но в наше время пойти и приобрести линзы и необходимые детали для автохрома - увольте! Какие линзы, какие необходимые детали для автохрома? Нужен фотоаппарат, который уже нигде не используют! Ведь это просто вздор, не так ли? Вы должны очень хорошо понять этот факт и каким-то образом, всё же, изучить предмет, сохранив в первозданном виде его принципиальную технологию и необходимые основы. Вы должны умудриться изучить его, стараясь, чтобы все препятствия, возникающие на вашем пути, не смогли вас запутать, поскольку их уже не принимают во внимание в связи с дальнейшим развитием предмета.

Я сам на себе испытал это в очень тяжёлой форме. Третий учебник был полностью посвящён методам печатания фотографий и, слава Богу, меня не найдут мёртвым в "тёмной комнате". Я облегчённо вздохнул. Кому нужна такая "свистопляска"? А? Знаете ли, кругом полно народу, кому она нравится, и я счастлив, потому что есть кому выполнить её за меня. Из всего этого меня интересует лишь одно: понимание. У меня нет ни времени, ни желания "корпеть" по 40-50 часов над фотоснимком, чтобы отправить его на выставку. Ни времени, ни желания. Кто способен на такое? Наверное, кто-то из тех парней, которые обожают "свистопляску". Они работают и счастливы. Отлично! Они жить без этого не могут! Как вам это нравится? Мне придётся сильно потрудиться, чтобы узнать, знают ли они сами, что делают.

Я опять говорю о понимании того, для чего требуется та или иная информация, как её можно использовать, а также о понимании её ценности и точности; о понимании того, что можно извлечь при помощи этой информации. То есть о понимании того, что мне нужно. О понимании практического использования или применения данной информации. Если эта информация нужна вам лишь для того, чтобы вести беседы в гостиной, то вы должны изучать её совершенно иначе. Если, например, изучение искусства необходимо вам именно для таких бесед, а не для коммерции, то могу вас уверить в том, что всё, что вам нужно - это приобрести каталог, изданный довольно давно, где перечисляются все живописцы периода Ван Эйка или приблизительно этого времени, а также каталог с современными художниками, и заучивать данную в них информацию - зубрить, зубрить, зубрить, как артисты зазубривают роль, до тех пор, пока не сможете спокойно вести разговор на эту тему - и вы "сразите всех насмерть"! Ваши собеседники и рта не успеют раскрыть. Стоит им упомянуть художников 17 века, как вы сразу говорите: "Да, конечно, Ван дер Добин."

Вас спросят: "Кто-кто?" А вы ответите: "Да, Ван дер Добин."

Иными словами, вы сможете играть роль "великого знатока" данного предмета. Вы сразите всех! "Нет, Хоббема, знаете ли, слишком подавляет."

И все в один голос скажут: "О, этот человек знает, о чём говорит."

Итак, вы можете столкнуться с огромным количеством разной чепухи, но нужно рассматривать всё под следующим углом: "Для чего вы будете использовать данную информацию? До какой степени необходимо изучить этот предмет?" Интересно то, что некоторые преподаватели, которые рассказывали мне об оружии, применявшемся против подводных лодок, уделяли массу времени тому, как его сконструировать! Как его сконструировать - помилуйте! Идёт война! У меня не было времени ничего конструировать. Я попытался им это объяснить. "Электронное отражающее устройство КСБ-1, помогающее обнаружить подводную лодку, гидролокатор КСБ-1 - вот, чем снабжают это оружие." К счастью, я сидел в уютном, тёплом классе, а совсем недавно плавал на юг Флориды изучать подобные устройства, а меня, как раз, этому пытались научить, и я смог расслабиться и поспать. Я ведь знал, что посреди Тихого океана, где снуют японские подводные лодки, мне уже не придётся ничего такого конструировать. Я собирался научиться лишь тому, как использовать это оружие, как, в случае чего, отремонтировать его и знать, когда оно готово к применению, у когда - нет. То есть я выяснил для себя, что мне будет необходимо знать и уметь в самой гуще военных действий. Я узнал то, что нужно, и прекрасно поспал.

Собственная оценка того, с какой целью вы изучаете предмет, какое направление вам наиболее важно и т.д., является частью всего предмета обучения в целом. И если это не включается в процесс обучения, вы сможете использовать лишь минимум информации, что может свести на "нет" результаты вашей работы: вы начнёте бояться обучения, поперёк вашей дороги встанет множество незнакомых слов и т.п., это будет вас путать, вы не добьётесь понимания, у вас появится навязчивая идея, что "мне необходимо основательно разобраться во всём, что я читаю, иначе опять произойдёт сбой". А вас учат, что если вы не полностью поймёте то, что читаете, через полстраницы обязательно начнутся трудности. Что ж, вам также необходимо усвоить следующий принцип: если, прочитав следующие полстраницы, у вас начались трудности с пониманием, нужно быть настолько сообразительным, чтобы понять, где произошла заминка, найти это место, выявить непонятое слово и выяснить его. Сказать самому себе: "Ах, да, вот этого слова я не знаю," и продолжать чтение.

Иными словами, для того, чтобы учиться, вы должны владеть технологией обучения, иначе вы сможете использовать изученную информацию лишь по минимуму.

Сегодня в своей лекции я много чего рассказал вам - сообщил очень большое количество теоретических фактов и т.п. Всем этим данным можно найти практическое применение, даже относительно того, чем вы занимаетесь в настоящий момент.

Большое спасибо.