English

АНГЛИЙСКИЕ ОРИГИНАЛЫ- L641110 PTPs, Overts and ARC Breaks (SHSBC-410)
СОДЕРЖАНИЕ ПНВ, ПРОСТУПКИ И РАЗРЫВЫ АРО
СОХРАНИТЬ ДОКУМЕНТ НА ДИСК СКАЧАТЬ

Л101164 ПНВ, проступки и разрывы АРО (Рандаун счастья)

ПНВ, ПРОСТУПКИ И РАЗРЫВЫ АРО

ЛЕКЦИИ КУРСА РАНДАУН СЧАСТЬЯ Лекция прочитана 10 ноября 1964

Ну, или вы, или я – кто-то из нас выглядит сегодня лучше. Интересно, кто? О, у вас все в порядке. У кого-то не в порядке. Кое-кто его одитирует. У вас тоже. Вы выглядите вполне благополучно.

Какое сегодня число?

Аудитория: 10 ноября.

Десятое ноября 14 года Эры Дианетики, Специальный инструктивный курс Сент-Хилла.

Итак, о чем я вам сегодня расскажу? О чем я вам сегодня расскажу? Уже довольно давно у меня вот тут за левым ухом сидит мысль дать вам одну лекцию, однако до нее все не доходили руки.

Я мог бы упомянуть мимоходом – но только мимоходом – что у вас теперь есть свежий бюллетень, посвященный стилям одитинга, и, хотя вы уже прошли все эти стили, но вы никогда не классифицировали их по Уровням. И первое заблуждение, которое возникнет у вас насчет этого бюллетеня, - это что стиль одитинга определяется процессом, который вы будете проводить. Причиной этого заблуждения является то, что все эти стили одитинга очень четко соответствуют конкретным процессам.

Я хочу обратить ваше внимание на то, что это – абсолютно случайное совпадение. Стиль одитинга, которому учат на каком-либо уровне, является наилучшим стилем для определенных процессов, но не это делает его стилем одитинга. В формировании совершенного одитора есть ряд последовательных стадий, которые необходимо пройти, и в этом – истинная причина. И каждый из этих стилей сам по себе очень эффективен, и одитор на данном уровне может достаточно легко выполнять его.

Итак, у вас есть стили одитинга, но было бы ошибкой сказать: «Ну, они нужны для определенных процессов», - потому что это не так. Вы можете одитировать почти любой процесс в почти любом из этих стилей. Например, вы, наверное, могли бы проодитировать Ш6 в стиле «Это есть». Да. Это не было бы так уж эффективно, но вы могли бы это сделать. Понимаете? И так далее. И я думаю, вы обнаружите, что это намного, намного облегчает обучение. Потому что я отложил его напоследок.

Пришлось собрать все эти процессы и узнать, на что они годны, и понять, к чему человек должен прийти, какого уровня ему необходимо достичь, чтобы перейти к следующему уровню. И после того, как я все это сделал, что ж, мне предстояло решить, как его одитировать. И тогда я внимательно изучил опыт примерно четырнадцати лет одитинга и обнаружил, что существует всего лишь маленькая горсточка стилей одитинга. Их не огромное количество, их всего несколько, и их легко можно классифицировать.

Между Уровнем 0 и Уровнем I, или между Уровнем 0 и Уровнем II, есть стиль одитинга, о котором нужно сказать особо. Вы его иногда используете, но он не упомянут среди стилей одитинга. Это как бы разновидность направляющего стиля, которая не доводится до повторяющегося процесса. Это направляющий одитинг, который вписывается в рамки «это есть», и вы делаете это достаточно часто. На самом деле это такой стиль «одитинга в кафе». Нет необходимости выделять его в отдельный уровень, это как бы сочетание, гибрид.

Это направляющий стиль: вы направляете преклира к тому, о чем ему следует говорить. Очень часто – на Уровне II – вы выполняете это с э-метром, правильно? И затем вы даете ему производить «это есть». У нас даже был процесс, требующий именно этого стиля, хотя мы и не зачисляем его в стили. Это сочетание двух разных стилей. Потому что чистый направляющий стиль – я не хочу также, чтобы вы совершали другую ошибку – чистый направляющий стиль, который является Уровнем II – это просто направление преклира к тому, что вы ему проводите. А многие одиторы делают ошибку: они не направляют преклира, они просто позволяют ему блуждать, понимаете? Они не указывают ему правильный путь, не практикуют множественные подтверждения в надлежащих местах.

Вы знаете, вы можете понукать преклира, как понукают отбившегося от стада теленка. Вы можете – на теленка нужно покрикивать, если он отходит слишком далеко от тропы. Так вот, что вам требуется – вы понукаете преклира с помощью множественных подтверждений. Это такая маленькая хитрость. Об этом не говорится в бюллетене, но это они, множественные подтверждения. Он начинает говорить о своей теще - и создается впечатление, что за всю эту сессию мы не успеем обсудить его семью, а он уже отклонился от темы с этой своей тещей. И вот мы говорим: «Ладно, отлично. Хорошо, хорошо. Ну, я очень рад, что вы мне это сказали. Прекрасно, прекрасно. Ладно. Итак, гм-гм». И это снова возвращает его к сути дела, видите? И это и есть сверхподтверждение. Видите, его тоже можно употреблять с пользой.

А еще существует недоподтверждение, или полуподтверждение. Вы хотите, чтобы преклир продолжил говорить о том, о чем он сейчас говорит, ну и вы даете ему такие маленькие поощрительные жесты: «Хм-хххм, хм-хм, хм-хм, хм-хм». И вы обнаружите, что, когда вы делаете так другому человеку, он продолжает говорить о том, о чем он говорит. И вы в самом деле можете использовать подтверждение с целью побудить человека продолжать говорить о том, о чем вы хотите, чтобы он говорил, или, наоборот, с целью остановить его. Единственное, что вы делаете, - просто едва-едва подтверждаете, и он будет продолжать говорить, и конечно, если вы даете весомое подтверждение, оно работает как остановка и вы можете прервать его.

И в этом, наверное, заключается вершина мастерства в использовании одного из этих стилей, стоящего на Уровне II - Направляющего стиля. На самом деле Направляющий стиль, как таковой, - это: вы направляете преклира во что-то, и затем проводите на этом чем-то повторяющийсяПовторяющийся процесс: 1. Просто процесс, который проводится снова и снова с тем же самым вопросом к преклиру. Преклир отвечает на это, и одитор дает ему подтверждение. Одитор выполняет ТУ 4 на откровение преклира, и процесс проводится до тех пор, пока не будет сглажен. (СХ Спец 169, 6207К10) 2. Процесс, позволяющий преклиру исследовать свой банк и окружение и выбрать из этого важности и не-важности. (СХ Спец 67, 6509К21) Важность: это масса. В думании, когда вы говорите «важность», вы имеете в виду массу. (СХ Спец 39, 6108К15) процесс или какой-то другой процесс. Вот это – чистый стиль. Это направление – и процесс, направление – и процесс; это просто вот такое чередование. И конечно, мы обнаруживаем, как затем это появляется немного выше, при оценивании и проведении процесса. Мы проводим процесс на том, что мы оценивали. Это более высокая гармоника*Нижняя гармоника: это расположенное ниже по шкале подобие, которое по-идиотски, но действительно основывается на чем-то подобном высшему, которым оно не является. Это означает «со-действующий» или «подобный». (СХ Спец 83, 6612К06) Различные гармоники приводятся также в Словаре Технических терминов в статьях Шкала тонов, Расширенные нижние ступени, Скука, Деградация, Секс. над тем, что мы рассматриваем.

Но вот эта другая – это очень специфический вид ситуации. Давайте выясним, что мы должны пройти на данном преклире, и давайте направим его разговор в эту область, позволяя ему дать нам достаточно информации, чтобы мы знали, о чем тут вообще речь. А дальше мы говорим: «Спасибо. Хорошо. А сейчас скажите мне, какое сообщение этому человеку вы не завершили? Спасибо. Какое сообщение этому человеку вы не завершили? Спасибо. Какое сообщение этому человеку вы не завершили? Спасибо». Ручка тона постепенно уменьшает амплитуду колебаний, и вы знаете, что вы получили это.

Иначе говоря, это вы направляете его к чему-то и затем проходите это. А на Уровне I вы ни к чему его не направляете. Понимаете? И затем вы обнаружите, что это в действительности соответствует этапам развития одитора и это можно сравнить с возвращением одитору самоопределения в способности занимать точку наблюдения.

По мере повышения класса одитора в известной мере повышается степень его свободы. Он все более и более способен видеть, кто сидит перед ним по другую сторону стола. И, следовательно, если взять начальные уровни – вы никогда не должны позволять одитору Уровня 0 самому говорить преклиру, о чем тому следует рассказывать. Выражаясь языком медиков, здесь требуется точный диагноз. Чтобы побуждать преклира говорить о чем-то, надо знать, что с ним не так. Поэтому ему нужно пройти дальнейшие этапы, пройти высшие ступени, чтобы проводить это, понимаете? А ваша ошибка при обучении, если вы вообще делаете ошибки при обучении, заключается именно в том, что вы смешиваете эти уровни между собой. И требуете от начинающего больше, чем он в силах выполнить.

Вы посмотрите на этого беднягу: он приходит практически с курсов коодитинга для публики. Да, он получил несколько уроков на НСХ. А вы говорите: «Ну, ладно. А сейчас выясни, в чем тут вообще проблема, и пусть твой преклир поговорит об этом. Это твое задание на сегодняшний вечер». Ну, для вас это звучит ужасно просто! Но вы уходите и оставляете парня сидеть там.

Идея о том, что он может заставить кого-то начать или перестать говорить, совершенно не укладывается у него в голове. Как это делается? И вы беретесь за методики выполнения этого, относящиеся к верхним уровням шкалы, и попадаете в бесконечные сложности. Ваше обучение становится ужасно запутанным и ужасно долгим, и ваш студент приходит в полное замешательство и не может понять, чему вы пытаетесь его научить, и у него возникает мысль, что никакой одитинг вообще не возможен, и так далее. Поймите, что это только из-за того, что вы даете ему верхний стиль для выполнения нижнего стиля, который он так и не освоил на должном уровне.

Итак, в действительности стили одитинга следуют один за другим в точном соответствии со способностью индивидуума все больше и больше конфронтировать преклира и работать с этими преклирами. Теперь давайте представим себе, как одитор VI класса говорит одитору II класса: «Ну, это очень просто. Пусть он поговорит об исходных кнопках своего кейса, а ты внимательно за этим наблюдай и следи по показаниям э-метра, чтобы он как следует проговаривал «это есть» по ним и чтобы ты направлял его туда. Это элементарно, ты легко его отклируешь».

И одитор II класса говорит: «Ага».

Вы возвращаетесь через полчаса, или вы получаете одиторский отчет, и он представляет собой самую ужасную, самую запутанную чертовщину, которая когда-либо создавалась под солнцем. Это кошмар. Что произошло?

Произошло замешательство. Вот что произошло. Потому что вы только что дали этому парню кое-что, что – ввву-у-ух! Итак, поймите, это все выстроено по принципу, что Уровень 0 не имеет даже ТУ 1. У них его просто нет, понимаете? А где они берут команды одитинга? Они считывают их с доски или получают от супервайзора одитинга. Вот где они берут свои команды одитинга!

«А сейчас я хочу, чтобы вы все, преклиры, рассказали своим одиторам о …» - и вы говорите: «Итак, ваша работа – какие суждения у вас есть о вашей работе? Вот о чем я хочу, чтобы вы рассказали своим одиторам». И от одитора ожидается, что он будет сидеть там и слушать. И вы не можете даже дать ему подзатыльник за то, что он не дает подтверждений, потому что он еще ничего об этом не знает.

И вы обнаружите, что люди могут делать это просто часами. Они просто делают это – и ничего кроме этого. Это легко. Им легко это делать. Но если вы скажете им дать преклиру команду одитинга, вы тем самым сделаете их ответственными – в их представлении – за всю жизнь другого человека, и они будут долго размышлять, возможно ли это с философской точки зрения. Они еще не поднялись на ступеньку, которая позволила бы им распознавать относительную важность этих вещей. Ваши слова будут восприниматься на фоне абсолютного, неслыханного замешательства. На фоне полного замешательства.

Этот стиль одитинга мы взяли у психоаналитиков. На самом деле, мы разработали его самостоятельно, так как многие психоаналитики не слушают своих пациентов.

Вы не слышали шутку, как два аналитика спускаются вместе в лифте, и один из них такой страшно измученный, а другой весел и полон бодрости. И тот, который измучен, спрашивает: «Как ты можешь пропускать через себя столько пациентов в день и выглядеть таким бодрым и свежим? Разве для тебя это не самоубийство – сидеть там и круглыми сутками слушать весь этот бред?» И бодрый отвечает: «А кто слушает?»

Так что … И вы найдете, что автоматическая команда одитинга подавалась не аналитиком, а Фрейдом. Аналитик на самом деле никогда никому не говорил, о чем рассказывать. Он просто вникал в это так или иначе, говорил им что-то об этом, и так или иначе парень начинал рассказывать – у них не было ТУ 1. Так что на самом деле высшие моменты психотерапии никогда не достигали Уровня 0. Если бы профессионалы в этой области не «дорастали» до более энергичного стиля поведения: когда оценивают, перебивают и делают прочие дикости – если бы они до этого не доходили… Не ждите, что какой-нибудь парень только что с улицы, которого вы только что получили на коодитинг, или какой-нибудь малый, который только-только размышляет: а что если он станет студентом Саентологии, - понимаете, он все еще блуждает в ужасно запутанных вопросах, и все, что выше этого стиля одитинга, делает его абсолютно беспомощным. И вам следует поостеречься и не взваливать на него ничего, кроме этого.

Как ни странно, это тот стиль, с которым у вас как у супервайзора будет больше всего забот. Его труднее всего понять, труднее всего поставить по нему зачет студенту, труднее всего понять, конфронтирует ли он – конфронтирует ли он и слушает ли? Это нелегко установить. Это очень нелегко с точки зрения супервизирования. Это легко с точки зрения исполнения. Но исполнение этого внешне кажется человеку трудным, потому что оно на самом деле так просто. От него требуется сделать только это. И, знаете, вам будут попадаться такие ребята, из тех, кого бы будете обучать, которые будут ходить дни и дни, и дни, пока, наконец, до них не дойдет, что от них требуется.

И поэтому вы выбираете это одно данное. Он получает это одно данное: от него требуется слушать. От него не требуется больше ничего, только слушать. Он наконец уясняет это себе как исполнение, или действие, которое однородно само по себе и при этом выполнимо, и затем обнаруживает, что он может это делать, и вот в этот момент ваш одитор делает первый шаг. И если вы здесь ошибетесь, этот одитор будет потом то и дело сбиваться со своего пути. Понимаете?

Но вы можете сделать настолько сложным без необходимости то, как вы слушаете и что требуется делать, что он запутается еще до того, как начнет, и, следовательно, останется в Замешательстве навечно. Понимаете? Поэтому вам следует не одитинг свой подстраивать под это - вы легко можете это делать, это очень просто – но вам нужно приспособить к этому свое супервизирование. Вот что, главным образом, нужно согласовать с этим начальным стилем. Потому что крайне сложно супервизировать на таком уровне простоты.

Возьмем одитора класса IV, который компетентен и способен действовать на уровне класса IV. Он очень хорошо знает, что ему делать с преклиром. Он точно видит, к чему этого преклира подвести, точно видит, что с этим преклиром оценить и в каком направлении этому преклиру двигаться; он точно видит, что с этим кейсом не так. И, естественно, его основное стремление, как одитора, - привести данный кейс к максимальным достижениям. Но он ошибается здесь в том, что это – его ведение данного кейса к максимальным достижениям. Улавливаете? Он судит о том, какой должна быть сессия, по тому, как бы он сам вел данный кейс к максимальным достижениям. Проследили мысль? Ну, и он устраивает короткое замыкание, так как он не ведет этот кейс!

И, как это ни странно, чтобы привести кейс к максимальным достижениям, нужно вести его на том уровне, на котором он получит достижения в руках того одитора, который одитирует данный кейс. И как только вы проведете это разграничение и выйдете из вейланса одитора данного преклира, вы увидите, что это - максимальное достижение, потому что теперь вы сделали одитора, теперь этот преклир достигнет того пусть немногого, что возможно на том уровне, и вы это получили.

Таким образом, материалы, которые у вас есть по части процессов и прочего, соответствуют не максимальным достижениям кейса, они соответствуют – соответствуют достижениям, доступным в одитинге на данном уровне, в которых мы можем быть уверены. То есть они соответствуют верной победе в руках того одитора, который будет это одитировать. И если одитор не будет больше делать ничего, кроме как одитировать на данном уровне и проводить процессы данного уровня, у преклира будут достижения, независимо от того, что будете делать вы или я. Вы понимаете? Так или иначе они пробьются – в это и через это – и они выберутся из этого, и окажутся в лучшем положении.

Вы знаете, уже многие годы люди получают огромные успехи на процессах, которые у нас сейчас проходят на Уровне I: Обладание, Трио, 8-У. Друзья, посмотрите на них. Как они проводятся? Вы усаживаете преклира, вы говорите ему, что от него требуется отвечать на вопросы, и вы шлепаете перед ним вопрос. И он дает вам ответы на эти вопросы, а вы их подтверждаете. Все правильно. И это все, что вам требовалось знать, и все, что вам требовалось делать, и этот вопрос был волшебным заклинанием, а вам даже не нужно было знать, что это не волшебное заклинание. Вам даже не нужно было знать, есть ли в этом какой-нибудь смысл. Понимаете? Это был заученный процесс. И одитинг мог так продолжаться годами. Этот уровень стал пределом, так как он в наморднике. Это такой стиль на этом уровне. Он проводится в наморднике. Уровень I: одитинг в наморднике.

Он был у нас долгие годы. Возьмем ВКК, там есть несколько студентов на ВКК, у которых преклиры не продвигаются. Так вы их послушайте: преклир открывает рот что-то сказать - одитор его перебивает. Видите? Что-то делают шиворот-навыворот, что-то вносят от себя. Поэтому мы просто надели намордник на преклиров – простите, надели намордник на одиторов. Я боюсь, что готов рассматривать этих людей скорее как преклиров, вот откуда эта оговорка. Им необходимо еще много совершенствоваться. Итак, мы одели намордник на одитора – и преклир получает успех.

Я следил за этим. И я увидел, что преклир пошел на поправку именно на одитинге в наморднике. Причем сказочно. Фактически – имея баснословные достижения. Никто даже не сообразил, какой процесс был так хорошо отлажен. Так что вы используете, конечно, на этих уровнях бум-трах-бац-тресь-восклицательные процессы – знаете, как: «Посмотрите на эту стену. Подойдите к этой стене».

Для того, чтобы проводить эти вещи, не требуется никаких умозаключений, и они дают большие достижения. Видите, как это все должно быть? Поэтому, как бы то ни было, стиль одитинга приспособлен к возможностям одитора.

Однако, к сожалению, есть три вещи – вот сейчас начинается то, о чем я действительно хотел вам рассказать – есть три вещи, стоящие на пути у каждого кейса. Есть такие три вещи. Конечно, все это есть в «Книге средств выправления кейсов». В «Книге средств выправления кейсов» вы найдете несметное количество различных вещей, которые могут быть в кейсе так или эдак. Но этими данными никогда не пренебрегалось, и там нет ничего, превосходящего или оспаривающего, или уточняющего – ничего, кроме обращения к ним; и одна из них - это ПНВ, другая – проступок со своим приятелем утаиванием, и еще одна – это разрыв АРО. Вот эти три вещи. Потенциально они присутствуют где угодно - в любой сессии, на любом уровне.

Ну, обычно мы улаживаем эти дела с помощью «Обратитесь к одитору более высокого уровня». Мы улаживаем их определенным одитингом. «Джо, тебе нужен специализированный одитинг». Вот такими методами. «С этим вы разберетесь на более высоких ступенях». Мы не пытаемся очертя голову нырнуть в это дело – особенно на Уровнях 0 и I. Но на II – двери открываются, и весь набор процессов Уровня II содержится в книге, которая теперь у вас есть - «Книге средств выправления кейсов».

Но уток и основа – выражаясь языком ковроткачества – каждого кейса состоит из определенных умственных построений, отношений или комбинаций хронической или продолжительной природы. Иначе говоря, в кейсе существуют постоянные нарушения. Вы следите? Я имею в виду, эти нарушения всю дорогу у него есть, понимаете? Это то, что не так с данным преклиром. Это причины его несчастий, засевшие в его голове, это, можно сказать, жесткое крепление шарниров. У вас есть это, но кроме того, у вас есть вещи, не позволяющие это распутать.

Я могу придумать вам сейчас, с чем это можно сравнить – ну да, вот. У вас во внутреннем дворе замка навалена огромная куча камней, и вы можете двигать эти камни довольно легко, или разрушать их, или складывать в каком-то порядке, так чтобы их можно было рассматривать. Вы можете делать все это с камнями, но дело в том, что время от времени какой-то кретин то опускает, то поднимает подъемный мост, а без него вы не можете перебраться через ров, окружающий замок. Или иногда еще они закрывают ворота. Понимаете? Вот этот мостик, и ров, и ворота и есть ПНВ, проступок и разрыв АРО.

Эти вещи просто преграждают вход в кейс. Это препятствия для входа. Они не дают входить в данный кейс. И конечно, та или другая из этих трех вещей может произойти когда угодно. И это будет мешать сессии. Это те три вещи, которые не дают преклиру быть в сессии, и, как ни странно, нет никаких других. Нет никаких других.

Не существует огромного количества вещей, не позволяющих преклиру быть в сессии – есть только эти три. Естественно, мы принимаем как факт, что у него есть одитор хотя бы среднего мастерства. Чтобы одитировать обычный кейс, одитору не нужно быть гением человечества.

Но иногда – иногда вам кажется, что вам надо быть гением человечества, чтобы одитировать какой-то конкретный кейс, потому что вы, похоже, не продвинулись с ним до самой первой ступеньки в основании. Вы никуда не можете продвинуться с этим кейсом. Это очень обескураживает. А перед вами ПНВ хронической или временной природы, перед вами продолжающиеся проступки или прошлые проступки, перед вами разрыв АРО, только что возникший или, может быть, имеющий место уже долгое время. Другими словами, эти три вещи могут стать шестью, если принимать во внимание их положение во времени.

Вы могли бы обвинить меня в том, что я вдаюсь в это все слишком глубоко, но если бы вы по-настоящему знали основы своей науки, вы бы поняли, что это не так. Видите ли, для того, чтобы проступок вступил в действие, на него должно наложиться утаивание. Вам нужно иметь ограничение в общении, прежде чем эта штука сможет воздействовать. Вам нужно внести сюда секретность. И прежде, чем это вызовет какие-либо серьезные нарушения, вам надо добавить сюда кое-что еще. Вам необходима критическая оценка.

Будет ли это критическая оценка самого человека согласно его представлениям о приличиях и порядочности, или критиковать этот поступок будут зрители, или это идет вразрез с общественной моралью, или что-то еще, но там должна быть критика. Он сам не считает, что поступил хорошо, или кто-то другой так не считает, но он становится – или его делают – виноватым в этом поступке. И тогда он утаивает этот поступок, хотя он его совершил. На самом деле мы сейчас обсуждаем последовательность «проступок - мотиватор», так что когда я говорю «проступки», я, конечно, имею в виду последовательность «проступок - мотиватор». Знаете, проступок всегда предшествует утаиванию. Всегда.

Так что главным фактором здесь является проступок. А что мы вообще знаем об улаживании проступков и их последствий и до чего их можно отследить? Ну, это уже энциклопедические знания. Их просто очень много. О проступках существует очень много знаний. Ужасное количество. Есть множество способов проходить их, и все они более или менее эффективные. Есть тьмы, и тьмы, и тьмы процессов.

Но к какой области мы отнесем все эти процессы и явления, включая утаивания, пропущенные утаивания и все такое? Ну, давайте отнесем это к разряду проступков.

Проблема настоящего времени – это особая вещь, и, между прочим, это очень верное название, так как, даже если она возникла в прошлом, она может «плавать» во времени вплоть до настоящего момента. И вся беда как раз в этой «плавучести» проблемы, а не в том факте, что у кого-то есть проблемы. Это ее существование в настоящий момент. Даже если она родилась Бог знает когда, она все еще существует как проблема, потому что особенность проблемы в том, что она повисает в пространстве. В проблеме интересно то, что при ее исследовании она сама привела меня к рассмотрению Массы Проблемы Целей и тем самым дала нам Класс VI. Видите? Так что это основной механизм, в который вовлечен тетан.

И это постулат – противопостулат, масса – противомасса. А начинает, старается пройти на север, а Б пытается пройти на юг, и они сталкиваются в совершенном равновесии и встают, и вот так они остаются подвешенными во времени. Они просто замерли там навечно. Вот у вас одна – и тут же другая, видите? У вас эти две силы противонаправлены.

Русские возвеличили эту вещь, назвав ее «диалектическим материализмом», или экклезиастицизмом, или еще как-то – я не очень силен в их терминологии. Но я был поражен. При изучении этого предмета я никак не мог осмыслить тот факт, что русские из последних сил поддерживают германский марксизм, и в то же время этот русский абсолютно не отдает себе отчета в том, что он является последователем немецкой философии; и широкой публике до сих пор не известно, что финансирование русской революции было последним официальным актом Кайзера. Впоследствии он заплатил за нее с лихвой. Но, наверное, можно отследить немецкую систему как основание для диалектического материализма, или как там его называют, до какой-нибудь философской бессмыслицы, высказанной в какой-то момент развития.

И это то положение, что идеи рождаются только при столкновении двух сил. Это непостижимо. Непостижимо. Как можно было построить философию, и возвеличить, и обожествить, и обессмертить проблему, придав ей такую громадную власть утверждением, что единственная порождающая идеи сила возникает во вселенной тогда, когда сталкивается пара планет или что-то вроде этого, а? Если у вас есть какая-то грандиозная идея – то это потому, что столкнулись две какие-то огромные махины, а если у вас небольшая идейка – значит, маленькие штучки столкнулись. И если вы хотите, чтобы у вас была идея, такая хорошая, настоящая – ну что ж, громко хлопните в ладоши, и вы, конечно, ее получите. Я не слишком в это въезжаю. Но, в любом случае, это очень интересно.

Между прочим, я говорю очень серьезно. Эта философия существует, и родилась она именно так: «сила против силы рождает идею». Ну, на самом деле идея против идеи рождает силу. Но, похоже, до этого они никогда не додумывались. Они просто перевернули это с ног на голову. Это как медики. Они говорят: «Все – каждая функция определяется структурой». Их так учат. Это основное данное медицины. «Все функции определяются структурой». Так что если вы уберете структуру, исчезнет и функция. То есть, они никогда не слышали, чтобы кто-то написал рассказ сломанной ручкой, понимаете? Но это можно сделать!

И причина, по которой у нас с ними конфликт – помимо их позиции медицинского империализма – очень элементарна: это из-за того, что у нас «функция предшествует структуре». Иначе говоря, то, что парень делает в жизни, влияет на то, что будет построено и сделано и кем он станет. И также мы работаем с таким принципом: «Если у тебя все идеи наперекосяк, твоя сломанная нога не будет здоровой». Понимаете? А доктор смотрит на это так: если у тебя наперекосяк сломана нога, то твои идеи здоровыми не будут. Вот почему они используют шок и хирургию, пытаясь «лечить» душевные болезни. И, кажется, тот факт, что, делая это, они ни разу за всю историю не получили успеха, не убеждает их в том, что они поставили что-то с ног на голову.

Любой неглупый исследователь посмотрел бы на такие вещи и сказал бы: «Эй, минуточку. Тут должно быть что-то не так в основной теории». Но нет, они слишком лелеют свою теорию: если у тебя сломана нога, у тебя дурные мысли о человечестве. Да, это так и работает. Если вы думали неправильно, это должно быть из-за того, что ваши мозговые клетки деформированы. Тогда, конечно, все, что надо сделать, чтобы заставить кого-то думать правильно – это избавить от деформации клетки его мозга. Делая это, они никогда не получали успеха, но это не помешало им продолжать слепо в это верить. Это очень забавно. Первобытный уровень.

Так что, видите, есть множество идей насчет идей и есть множество идей насчет структуры и функции; но в этой цивилизации человек в основном уделяет внимание материалистическим идеям. То есть, он утверждает, что идеи происходят от силы. А сам человек, с точки зрения всей биологии, происходит из грязи. Они драматизируют этот дарвиновский имплант, первый в этом достойном ряду. Понимаете: «Человек произошел из грязи». А русский говорит: «Сила создает идеи». А медик говорит: «Состояние ума определяется нарушениями структуры». Понимаете? Все это направлено от массы к …

Ну, я не знаю, на чем бы они еще могли так застрять, как не на своих собственных проблемах, которые их абсолютно доконали. Проблема в сущности порождается постулатом-противопостулатом. И если из этих постулатов ни один не одолевает другой, оно и получается. Потому что в таком случае на этих двух точках начинает накапливаться сила. И если ни одна сила, к несчастью, не одолевает – сила А не одолевает силу В, а сила В – не одолевает силу А, вся эта штука становится уравновешенной. И это равновесие сохраняется.

А поскольку равновесие сохраняется, вы так и имеете два этих противонаправленных постулата, как бы глубоко и тщательно они ни были захоронены. И им будут соответствовать две противонаправленные силы. Причем какими бы большими они ни были, они будут оставаться в значительной степени равными, потому что если бы они не были равными, ничего этого не произошло бы.

То есть, понимаете, у вас могут быть тысячи проблем, но ни одна из них не станет проблемой настоящего времени. У преклира за плечами в прошлом могли быть такие проблемы, что голову сломаешь, но это может никак на нем не сказаться, вне зависимости от того, решил он их тогда или нет. Потому что они не держатся в этой едва уловимой точке равновесия. Сила А не точно противоположна силе В. Это отсутствие равновесия колеблет это противостояние и заставляет его отодвинуться куда-нибудь на расстояние. И в действительности решение проблем более или менее осуществляется за счет нарушения равновесия составляющих их сил или постулатов.

Возьмите, к примеру, борьбу Севера и Юга на выборах 1964 года. На Юге существовали определенные идеи – и на Севере существовали определенные идеи. И эта война продолжалась бы до сих пор, если бы кто-то не начал изменять свои идеи. Кто-то должен был начать изменять свои идеи. Кто-то должен был начать вступать в соглашения с Севером, иначе Юг не проиграл бы – кто-то или что-то.

Вот коммунизм в настоящий момент заигрывает насчет сосуществования. Видите, они ослабили силу, с которой они давили против Запада. И это не останется в таком положении, вы не увидите вечной холодной войны. Фактически, в России сейчас могли бы прилагать все силы к тому, чтобы вернуть назад холодную войну друг с другом, но они бы не преуспели. Почему? Потому что эта идея вышла из равновесия. Идея «Вы должны бороться с этими грязными западными капиталистами» дала течь.

Ну, в той или иной мере где-то еще в мире есть идея, что нам придется сосуществовать с коммунистами, но эта сторона не настолько ослабла. У них еще остались их базы и их управляемые ракеты все еще нацелены в ту сторону, так что заметно, что люди еще согласны, что они должны как-то это изменить. И далеко отсюда, в Южном Вьетнаме, прямо в эту минуту сжигают ужасное количество людской силы и горючего, убеждая в том, что это не должно продолжаться, понимаете? Что коммунизм не должен продолжаться.

Так что идея против коммунизма скорее усиливается, тогда как идея коммунизма против Запада ослабевает, в основном, потому, что они не могут получить материальные блага, которые есть у Запада. У них нельзя купить такие пуховки для пудры, как в аптеках Нью-Йорка. Обладание у населения падает, понимаете? Это их расстраивает и заставляет их ставить под вопрос такую философию, и вот почему они ропщут на «Папу Хрущева». Они больше не верят безоговорочно. Они считают, что вы возможно, тоже можете что-то делать.

Например, один из них – один человек, я не знаю, кто там есть кто теперь, но он эксперт по развитию промышленности. И что интересно – этот человек, может быть, наиболее информированный человек во всей России, сейчас оказался обладающим неслыханной властью в Российском правительстве. Ну, это парень, который изучал, как наладить промышленность. Как производить все эти разнообразные предметы. И это парень, который склонен теперь рекомендовать правительству ввести на предприятиях вознаграждения и управление по западному образцу. Западный капитализм постоянно рекомендовали и в данный момент рекомендуют Российской промышленности как способ успешного ведения дела.

Эта холодная война скоро кончится. Не имеет значения, что здесь идея также ослабевает; несмотря на некоторое ее ослабление, здесь, на Западе мы только что видели президентскую предвыборную кампанию, в ходе которой борьба в большей или меньшей степени строилась на том, что мы должны победить коммунизм. Такое впечатление, что ужасное количество народу все еще согласно с этим, а? Этот парень получил голоса.

То есть, вот что я пытаюсь до вас донести: если вы как одитор будете помнить, что не каждая проблема является ПНВ, вы сможете легко клировать кейсы, и что более важно – будете уметь легко приводить их в сессию. Это только такой каприз природы, в котором точно уравновешены постулат и противопостулат, сила и противосила. И это единственная вещь, которую вы ищете, и тот факт, что это единственная вещь, спасает вашу одиторскую шкуру. Потому что, позвольте мне вас заверить, если бы вы подсчитали, сколько проблем было у тетана на полном траке с начала этой вселенной, и если бы вы взялись написать это число на стене, оно бы во много раз превзошло число лет, потому что, я думаю, у людей бывает больше одной проблемы в год. Это было бы не поддающееся написанию число! Это было бы бесконечно; вы все писали бы и писали бы его, понимаете?

И если бы вам как одитору нужно было рассматривать каждую из них, даже если бы вы стали очень хорошим одитором и могли бы урегулировать любую проблему за одну минуту одитинга, к тому времени, когда вы урегулировали бы все проблемы с трака, который вы одитировали, вам и вашему преклиру должно было бы быть уже по миллиону лет. И это если бы вы одитировали каждую проблему преклира за одну минуту.

Иначе говоря, вот у вас есть фантастическое, сумасшедшее количество проблем, которые поимел когда-то ваш преклир, но вы интересуетесь не каждой из них. И вы иногда видите, как на нижнем уровне какой-нибудь преклир сидит – и вы берете проблемы, и он рассказывает об этих своих проблемах, и он рассказывает об этих проблемах, и он описывает проблемы, и он обрисовывает проблемы, и он продолжает, и продолжает, и продолжает, и продолжает, и продолжает, час за часом, сессию за сессией, интенсив за интенсивом. И вы спросите: почему же ему не становится лучше?

Потому, что так и не нашли проблему, которая была точно уравновешена. В действительности там есть проблема. Просто он ее так и не упомянул. Здесь есть такая особенность: любое состояние – мы сейчас говорим не об обычных преклирах, а о любом состоянии, даже неврозе или психозе – настолько тонко уравновешено между постулатом-противопостулатом, массой-противомассой, что если одитор едва-едва отщипнет совсем малюсенький кусочек, парень больше не сможет за нее держаться. Это настолько случайное сочетание сил, настолько случайно это все зависло во времени, что только щелкните по нему и оно начнет бз-бззз-зззз – и где оно? Вот так-то.

Вы можете встретить собаку или что-то вроде этого – мне не хотелось бы сравнивать преклира с собакой, но вы увидите собаку, у которой время от времени возникает симпатическая хромота. На прогулке он носится по окрестностям, прекрасно наступая на все четыре лапы, и вдруг он видит своего хозяина, а надо вам сказать, что он нуждается в хозяине. И он тут же вспоминает, что он хромой. И начинает хромать. И он ужасно трогательно хромает. Он пытается удержать это включенным, он пытается удержать включенным определенное обслуживающее факсимиле, то, за что он получал награду и так далее. Но он уже не может сделать это по-настоящему.

И как раз в разгар его отчаянных усилий удержать это откуда-то из-под забора выскакивает кролик, и – рррвау-вау-вау – он бежит по земле всеми четырьмя лапами со скоростью гончей. Все забыто.

Я просто привел в пример первое, что пришло в голову. Эта наша собака должна умышленно удерживать хромоту включенной. И вам время от времени будет попадаться какой-нибудь несчастный невротик – он действительно попадется вам, так как вы одитор, - который целыми днями будет пытаться это сделать, после того как вы вышибете его ПНВ или вытащите несколько маленьких булавочек из основания этого шаткого равновесия, и вся эта штуковина рассыплется, а он ведь так к ней привык. Ну, она не исчезнет в известной мере… Понимаете, вы сдвинули это с мертвой точки, а это стало уже как бы его образом жизни. И вы увидите, как этот бедняга пытается вернуть себе эту штуку. Время от времени вы будете это наблюдать. Но вы увидите также, что ручка тона у вас держится теперь между 2,5 и 3,0 и не торчит больше в районе 5,5, как это обычно бывало. Вам понятно?

Но иногда вы будете видеть – особенно, если эта штука стала так называемым обслуживающим факсимиле или чем-то вроде этого, если в ней заключались какие-то элементы выживания - что ему все еще неудобно без этого, и вы увидите эту проклятую черту: он будет стараться получить все это обратно и опять взвалить это на себя. Он будет добиваться, чтобы вы продолжали это одитировать, или что-нибудь в этом роде. Но стрелка даже не дрогнет, когда вы это возьмете. Вы не сможете даже на миг поколебать ее. Это не будет давать никакого действия ручки тона, и так далее. И все-таки преклир будет стараться убедить вас поодитировать это еще.

Это так долго было проблемой настоящего времени, что оно стало его образом жизни, и теперь он никак не может приноровиться к тому, что у него этого нет. Это оттого, что у него все еще накоплено огромное количество сил, вовлеченных в решение той проблемы, которой теперь нет. Но это совершенно не повод для вас что-либо с этим делать. В данный момент это не помешает одитингу. Идите дальше и одитируйте его по чему-нибудь.

Вот это и есть эти три вещи: ПНВ, проступок и разрыв АРО, которые составляют ров, подъемный мост и закрытые ворота; и кроме них есть еще камни там, внутри. И с ними придется разобраться, прежде чем этот парень сможет вообще что-то делать, или прежде чем вы сможете что-либо делать.

К этим камням вы примените процессы, и они сдвинутся, если только вы будете держать открытыми ворота и переберетесь через ров. Понимаете? Вы можете двигать камни*Аллюзия на библейское пророчество о силе, дающей возможность «двигать скалами» (англ. слово rock переводится как «скала» или «камень») Мтф., 21 (21).. Это делается с помощью шаблонных процессов. Давайте обратимся к нашей терминологии. Что мы называем шаблоном*Шаблон: стандартный процесс, предназначенный для наиболее устойчивых достижений преклира на данном уровне. ? Деятельность по перемещению камней. И шаблон не работает только по одной причине – если вы не пробрались во внутренний двор. Поэтому, если шаблон не работает, вам следует предположить, что вы не находитесь во внутреннем дворе. А вот почему вы там не находитесь – связано с проблемой настоящего времени, большей или меньшей продолжительности, с проступком, совершаемым постоянно либо совершенным сейчас или когда-то, понимаете? С проступком. Что-то связано с проступками и запутавшимися в них утаиваниями. Или с разрывом АРО, а иначе говоря - с обойденным зарядом, то есть с некоторым неосознанным воздействием на преклира, заставляющим его бзззззззз! – и он не может сказать, откуда это идет или что это. Что-то заставило его - бзззз.

Где-то у него заряд оказался выпущенным на свободу, и ему это не нравится. Это как если на клавиатуру вашего органа всеми своими копытами встанет здоровый осел. Видите, совершенно внезапно этот заряд где-то оживает. Это все происходит так или этак, но сам человек не может сказать, ни что это ни где это, ни что бы то ни было еще. Вот это разрыв АРО. Это резкое сокращение аффинити, реальности или общения, но на самом деле я могу сказать вам точно, что такое разрыв АРО: это вы нечаянно задели какую-то крупную рестимуляцию. Теперь вы понимаете: что-то было сильно рестимулировано в Ш6*Ш6: 1. Шаблон 6 (БОХС 23 авг 65) 2. Сокращенное обозначение Шаблона 6. Это означает точные процессы и аспекты кейса, с которыми работают на Уровне VI Саентологии. (ТБП 12 апр 72П) *Банк Ш6: собственно реактивный банк (БОХС 12.07.65): данные, трак, концевые слова *Концевое слово: 1. Общий элемент всей МПЦ. (СХ Спец 50, 6412К22) 2. Заключительное слово цели (БОХС 17 авг 64) *Цель: 1. Исходный постулат. Это исходное намерение. Это изначальная задача любого цикла жизней, прожитых преклиром. (СХ Спец 160, 6206К12) 2. Решение проблем, которые обычно доставляли человеку терминалы (СХ Спец 5, 6106К01) 3. Значимость, окружающая терминал (СХ Спец 5, 6106К01) 4. Долгосрочный вопрос полного трека (ИП ОХС 6 дек 70) , корневые слова*Корневое слово: корневое слово в МПЦ означает глагол, предшествующий именному концевому слову в каждом положительном пункте. Например: ЛОВИТЬ кошек. «Ловить» - корневое слово., и в этой части реактивного банка вы задели что-то, что уже было в сильной рестимуляции, и началось бззззз. И пока вы не тронете это снова и не отключите – а я прямо сейчас открою вам секрет, что для отключения этого замечательно подойдет Список 1 – парень будет замкнут накоротко. Он как распределительный щит, поверх которого кто-то протянул провода.

Он делает бззззз! То, что бзззз, должно быть на полном траке. И там полно всяких вещей, которые могут это включить. Вы получили вот что: прямое короткое замыкание в банк.

Ну, это делается различными способами, и не так уж много вещей находится в хронической рестимуляции. Первостепенное значение имеют здесь трудности с общением. В первую очередь рестимулируется концевое слово. Под солнцем, луной и звездами не существует никакой другой причины, по которой кому-то о чем-то надо было бы общаться, кроме той, что это является концевым словом по данному предмету. Это всегда так. Так устроена жизнь.

В самом деле, вы можете сидеть и спрашивать кого-нибудь: «Вспомните случай, когда вы общались. Вспомните случай, когда вы общались. Вспомните случай, когда вы общались», и на другом конце линии человек почувствует себя гораздо лучше, и вы всегда можете получить на этом действие ручки тона, и так далее. Вы обнаружите, что вы проходите одним махом 268 МПЦ.

Далее, один из моментов здесь - видите ли, когда вы не можете довести до конца цикл общения с преклиром, вы можете заставить одно из этих концевых слов начать бзззззззз! И парень будет «Ню! Ню! Ню! Ню!» или «Ммм-ммм-ммм-ммм», или в апатии, или «Я не могу больше», или что-нибудь вроде этого. Будет происходить что-то дикое. Точно то, что делает преклир, - это, возможно, корневое слово. А если у вас корневое слово «убить кого-то» или что-то вроде того, получится хорошенькая ситуация. Вы понимаете меня?

Тем не менее, сами списки созданы именно для того, чтобы сшибить макушку той штуке, которая вызвала это абсурдное включение, и если вы можете обнаружить и указать – скажем, хотя бы на Списке 1 – что произошло, и затем сказать преклиру, что это было, то все это дело опять уляжется, подобно спящей собаке, и все опять станет спокойно. И это довольно интересно. Может быть, у вас есть на это много субъективной реальности. Тайна того, почему вы чувствуете, что все кругом просто «Ня-а-у-у!» А затем кто-то говорит, что это то-то и то-то, и вы говорите: «Фф-уу».

На самом деле произошло то, что та или иная часть МПЦ попала в сумасшедшую рестимуляцию или в существование благодаря какой-то жизненной ситуации. Но запомните, что это должно было быть здорово рестимулировано жизнью, прежде чем мелочь, которую сделали вы, смогла оказаться той последней каплей, которая переполнила чашу. И конечно, когда вы утихомириваете все это, найдя и указав пропущенный заряд, вы просто возвращаете это в прежнее положение. Вы не – уясните себе, что вы не сделали ничего для преклира, но вы сделали его – его кейс – вы привели его в состояние, когда он может получать одитинг. Вы поняли это? И это исчерпывает все устройство разрыва АРО. Больше никаких тайн в разрыве АРО нет.

Кто-то просто вломился и своей лапищей замкнул намертво полмануала.*Мануал: клавиатура органа. Вам нужно, чтобы он убрал оттуда руку. Вам не надо исправлять мануал. Часто одитор делает ошибку, полагая, что он должен заново перестроить весь орган целиком, чтобы исправить разрыв АРО. Нет, нет. «Джо, вытащи оттуда руку». Вот примерно и все, что нужно, чтобы звук прекратился.

Так что суть этого всего – вы обнаружите, что есть вещи, которые у людей в хронической рестимуляции, типа: время, проблемы – это большие собаки*Английское слово dog означает также «собачку», спусковой механизм. (Прим. перев.) , которые всегда там. И кусочки пунктов, типа обладания. Это вне пункта. Но этот пункт повторяет сам себя бесконечно на всем протяжении банка.

Это вещи, по которым людям всю жизнь читают нотации, и, конечно, на которых они больше всего разрывают АРО. А рвут они АРО больше на общении или времени и гораздо меньше на проблеме (что, конечно, является концевым словом). Но иногда они разрывают АРО на проблеме. Кто-то добавляет им проблем, и они начинают бзззззз! Но тогда это сходит на нет. Но такая огромная пропасть – такая огромная пропасть, вы только посмотрите, между значимостью общения и значимостью времени – и их ближайшего конкурента, что диаграмма этого соотношения выглядела бы как-то очень глупо. Ее нельзя было бы начертить даже во всю стену. Смотрите, у вас вот тут есть огромные значимости, а кто-то пытается толковать вам о маленьких стеклянных шариках, которые лежат на полу, возле этого Монблана – это стеклянный шарик в траве, в долине, рядом с горой, Монбланом. А парень говорит: «Ну, он примерно с Монблан». Кто-то тронулся, а? Этого не может быть.

Вот такова будет следующая значимость. Такова следующая значимость, и это обладание – если его сравнить с общением и со временем. Это большие собаки.

Самая большая – это общение. Она просто огромная. К несчастью. Потому что это прямая дорога в ад и обратно. Она никаким боком не связана с НВ. Она идет очень далеко назад. С помощью этого волкодава вы очень легко можете разорвать АРО с кем-нибудь. Просто не отвечайте ему. Или ответьте ему в тоне легкого раздражения, или что-нибудь в этом роде. Эта штука все время в рестимуляции, и, конечно, само время все время в рестимуляции, иначе у нас не было бы никакого времени. Опоздайте-ка разок на сессию, и вы получите прекрасный разрыв АРО. Вы, будучи одитором, опоздали на сессию. Смотрите, вы заставили кого-то ждать.

Вы напрасно ищете чего-то – какой-нибудь значимости у слова «ждать». У слова «ждать» нет значимости, это просто время. Это неувязки со временем. Кто-то выжимает выключатель до отказа. Вы знаете, так нельзя делать. И мотор теперь работает не так гладко, как раньше. Это невозможно драматизировать. Драматизация –ровный ход часов: тик-так, тик-так, тик-так – был нарушен, и все это рухнуло в рестимуляцию, и вы сами получаете разрыв АРО.

Теперь, зная, какой характер носит разрыв АРО, вы должны – особенно на нижних уровнях – заниматься им исключительно и только в малейшей возможной степени, применяя легчайшие методы отключения. Вы не продолжаете одитинга с шумом и грохотом после разрыва АРО, и вы безусловно не пытаетесь проодитировать его. Вы его просто оцениваете. Преклир сидит там и не говорит ни слова или орет на вас, как сумасшедший; вы просто берете и оцениваете его. Вас не волнует, что делает преклир, это не одитинг. Что бы преклир не говорил, вы ему не отвечаете, вас это вообще не касается. Потому что, что бы вы ни сделали кроме этого, вы только еще больше ухудшите ситуацию, понимаете? Потому что вы только включите сильнее эту штуку.

А что надо делать – это сразу обнаружить разрыв АРО и быстро и уверенно найти последнее включение разрыва АРО и отключить его. И вы увидите, что все это утихомирится. Это очень и очень загадочная вещь. Знаете, это примерно как взмахнуть волшебной палочкой над бушующей стихией и превратить ее в тихую запруду у мельницы.

Очень часто одитор уверенно проделывает это с вопящим, визжащим, ревущим и жаждущим крови преклиром. Он просто продолжает так или иначе заниматься своим делом (в то время как его чуть ли не отшвыривают от его э-метра), он ухитряется держать преклира на банках и продолжать свое оценивание и никогда не отвечает преклиру. И внезапно он говорит: «Порядок», получает прекрасное большое падение на факте, что то или иное было рестимулировано тем-то и тем-то, что там у него в списке, понимаете? И он просто указывает этот факт преклиру во всей его чистоте, тррр-бам. И внезапно - что произошло? Гробовое спокойствие. Если за километр отсюда упадет булавка, это будет громкий звук по сравнению с тишиной, которая за этим последует. И с преклиром все в порядке: «Ну, я не знаю, чего это мы так беспокоились об этом».

Теперь преклир – между прочим, это не обязательно истина, что это необходимо одитировать. Это не является одним из тех состояний, которые необходимо одитировать. Преклир очень часто чувствует себя виноватым в проступках против одитора. Очень часто чувствует себя виноватым в проступках против одитора, чувствует потребность заискивать и так далее. И я сообщу вам новость: нет никакого особого резона это одитировать. Потому что вы просто придете обратно к тому разрыву АРО. Так что, можно сказать, это единственный проступок, который вы оставляете в покое. Не обращайте на него внимания. Он чувствует потребность заискивать – ладно, пусть купит вам пачку сигарет. Кто против? Это не принесет ему ни малейшего вреда. Он может чувствовать себя настолько обязанным заискивать, насколько ему хочется, или настолько виноватым, насколько ему хочется, это не задержит его кейс, это не причинит ему ни капли вреда, только если – только если он не дойдет до такого пика, когда он будет считать, что не должен получать одитинг, потому что он этого не заслуживает.

И способ это уладить – не вытягивать его проступки, а таким легким тук-тук-тук действием – просто немного «это есть» насчет того, что он заслуживает, или что-то в этом роде. Просто то, что он сам поднимет для обсуждения в качестве причины, почему. Ну, пусть он проговорит это как "это есть". Уберите это с дороги. Время от времени вы будете натыкаться на подобные вещи. Но на самом деле вам не придется даже связываться с этим. Если его кейс будет продвигаться, он из этого вылезет. Понимаете? Это не является одним из тех важных факторов; я просто хотел вам дать некоторую дополнительную информацию об этом.

Но разрыв АРО – это Ш6, не улаживается действиями Ш6, но материалы Ш6 приходят в рестимуляцию в банке. И что вам надо – это просто утрясти их.

Что вы на самом деле делаете – вы складывали камни во внутреннем дворике, заботясь о своем собственном деле, и все вокруг было прекрасно; а затем вдруг вы обнаруживаете себя даже не внутри ворот – вы где-то снаружи на лужайке, оглядываетесь на замок, в котором преклир говорит: «Ниеееаа!» или ну-ух, ничего не говорит вообще.

Единственный опасный для вас разрыв АРО – это тот, который будет у преклира в конце сессии и который вы не распознаете, так что на следующую сессию преклир просто не придет. И это единственная опасность, потому что в этом случае прервется одитинг. Понимаете, как это?

Итак, если вы не уясните себе, что вот эти три вещи – ПНВ, проступок и разрыв АРО – являются единственными тремя препятствиями, единственными настоящими препятствиями для кейса, у вас могут возникнуть трудности с классификацией всех тех различных явлений, которые вы встретите в кейсе. Потому что в кейсе громадное количество различных явлений. И тысячи, и тысячи, и тысячи состояний, которые вы можете обозначить как «преклир не получает одитинг» или «преклир не реагирует на одитинг». Могут быть просто тысячи таких вещей. Но самое забавное в этом то, что почти все они зависят от того, будут ли правильно урегулированы вот эти три вещи.

Другими словами, большинство случаев таковы. Ну, могут быть и другие вещи, которые помешают одитировать данный кейс, например, у человека совсем нет денег, или у вас нет времени, или одитор не обучен, или в то время, когда преклиру нужно было немного поспать, с ним всю ночь болтала его жена, которая хочет, чтобы он оставался сильно больным, потому что, в конце концов, завещание в ее пользу, а тут какой-то парень одитирует этого малого, понимаете? Нет, не так. Она спорила с ним всю ночь: «Ну, откуда ты можешь знать, достиг ты чего-нибудь от своего одитинга или нет?» Типичный пример вопроса.

На следующее утро он приходит на сессию в восемь часов. Ну, об этом все написано в Кодексе одитора. Он совсем не спал. Он будет хлопотным кейсом, потому что он – источник неприятностей. Он – источник неприятностей, потому что возле него есть кто-то, кто его изводит, а он настолько дубиноголовый, что не прекращает этого. Это примерно как если кто-то стучит себе по голове молотком и не перестает, потому что уже привык. И он действительно не прекратит это на срок, достаточно долгий для того, чтобы дать себе выздороветь. Он пытается усидеть на двух стульях. Он старается там снискать чью-то благосклонность, и в то же время он старается улучшить свое состояние, и он неизбежно закончит тем, что попытается сделать других неправыми либо своим уходом, либо тем, что не улучшит свое состояние. Как уж он это в конце концов придумает, Бог весть, но он обязательно это придумает.

Вначале он попытается сделать других неправыми тем, что улучшит свое состояние. Позвольте мне сообщить вам, что если он пытается доказать чью-то неправоту тем, что ему станет лучше, то у вас тут установлены постулат – противопостулат, и таким образом вы имеете в сессии бесконечное прохождение ПНВ. Не понимаете? И если вам когда-нибудь захочется посмотреть на график, который остается на одном месте интенсив за интенсивом, вам надо взять кого-то с хронической ПНВ, которая действительно висит в настоящем времени и с которой никто ничего не делает. И тогда вы увидите такой график, он будет оставаться абсолютно неизменным один интенсив за другим. Это самое удивительное – как этот график может оставаться так долго на одном и том же месте.

Его должны одитировать достаточно неумело, чтобы это так и оставалось упущенным, потому что одитинг сам по себе, потихоньку разрушая кейс, имеет большой шанс задеть и эту ПНВ. А чтобы разбалансировать ее, достаточно убрать всего один миллиграмм со стороны одной из этих противостоящих сил. Понимаете? Это на самом деле не такой уж сложный трюк, но это просто слепо игнорируют, и по тем или иным причинам никогда в это не вникают, и так или иначе всю дорогу от этого уклоняются, и тогда вы видите один и тот же график, один и тот же график, один и тот же график. Не обязательно низкий. Не обязательно высокий. Любой график. Просто если вам доведется видеть график, который не меняется, не меняется, не меняется, не меняется, не меняется, вы очень хорошо знаете, что у этого человека хроническая проблема настоящего времени, того или иного сорта. Он просто не будет меняться.

Довольно странно, но при проступках поведение графика будет иным. Проступки влекут за собой множество различных реакций. Какой-нибудь приятель может быть настолько не здесь и настолько безответственным, что проступки его вообще никак не касаются. И есть различные типы реакций на проступки. Кто-то продолжает их совершать - «но». Всегда есть некоторое «но». Но – его отношение к данному типу проступков может быть различным. Иногда он рвется искупить свою вину. Он никак не может перестать совершать эти проступки и становится все более и более заискивающим. Но на самом деле проступки – это источник изменений. Они не служат источником неизменного поведения. И если вы видите кейс, который постоянно и непрестанно изменяется, но никогда не изменяется окончательно – вы уловили идею? Я имею в виду, этот кейс меняется: он немного улучшается, затем ухудшается, затем он улучшается еще немного, а затем он опять пойдет вниз, и вот тот интенсив у него прошел хорошо, а следующий интенсив так хорошо не идет. Понимаете, он получает спорадические результаты от одитинга.

Не торопитесь обвинять одитора. В то, что делает преклир, или впутана куча проступков, или они все время рестимулируются в период сессии, или сессия их вообще не затрагивает. Видите? Так что здесь что-то не так, что-то не так. Что у вас есть – это нестабильность.

А работает это вот как: этот индивидуум не позволяет себе получать никаких улучшений. Если он обнаруживает, что ему лучше, он срывает себя обратно вниз. Вы получите самые разные и причудливые расчеты насчет этого, например, что он не заслуживает улучшений и если ему станет лучше – если ему станет лучше, он всех поубивает. Он не должен позволять себе становится сильнее, потому что он может снова совершить этот проступок. Понимаете? Он – или он, или общество – остановят это. Если общество останавливает это – ну, он совершает снова этот проступок и его отправляют в тюрьму. Так общество останавливает его. Люди вокруг него видят, что он становится более деятельным, и знают, что он в общем-то плохой человек, и они не хотят видеть его более активным, и они видят его немного менее активным…

Вот что вы обнаружите. Между прочим, у нас было такое однажды как раз здесь, в Нью-Йорке, много лет назад. Этот случай заставил одиторов участвовать в самых сумасшедших скачках с препятствиями, которые я когда-либо видел. Была тут одна девица. Кто-то не нашел ничего лучше, кроме как одитировать кейс из психушки. Это было начало неприятностей. Тот сумасшедший кавардак, который за этим последовал, я выслушивал, я думаю, в лучшем случае года полтора. Каждую пару недель я слышал об этом кейсе что-нибудь новенькое. Это было что-то вроде «Тысячи и одной ночи». Настоящий приключенческий роман. Мне было жаль бедную девушку, но с ней ничего нельзя было поделать. Одитор брал преклира и приводил ее в состояние, когда ее можно было одитировать, и у него получалось провести ей немного одитинга. Девушка поднималась до гнева, затем одитор так или иначе ее отпускал, она отправлялась домой и устраивала всем хорошую баню. А затем семья отвозила ее в ближайшую психушку или к ближайшему психиатру и ей врубали семь электрошоков, понимаете? Я думаю, это не случайно, что у них есть семь ударов электрошоком. (Это шутка.) Я просто подумал – интересно, подумал я, есть ли здесь какая-то связь между одной известной мне практикой в Индии и тем, что они пытаются сделать с помощью электрического шока, потому что они определенно занимаются чем-то похожим.

Как бы то ни было, эта бедняжка ухитрилась как-то сбежать или выйти оттуда, и одитор опять за нее взялся и опять поднял ее с помощью одитинга, и она опять попала в злость, опять пришла домой и вырубила всю семью. И так продолжалось полтора года – один и тот же цикл.

Там было еще одно дело, бок о бок с этим, оно тоже продолжалось долго и было еще более трогательным. Это был просто тот факт, что брат девушки имел полномочия подписывать чеки, если девушка оставалась невменяемой. Это было просто очень грязное дело, целиком связанное с выгодой. А несчастная девушка получала одитинг, понимаете, и в тот момент, когда ей становилось лучше, ее просто запихивали обратно в психушку. Она была не то чтобы совсем плоха, просто спустя некоторое время она совсем запуталась, она не знала, на каком она свете. А факт состоял в том, что всякий раз, когда она оказывалась в лечебнице, все состояние семьи – которое оставили брату и сестре – оказывалось под его контролем на весь период ее лечения. А он был не дурак выпить или смотаться в Лас-Вегас и порастрясти там денежки. Так что это было просто мошенничество. Я думаю, ни один одитор на свете не мог бы чем-нибудь здесь помочь. Но они же совершенно сумасшедшие.

Время от времени вам будут попадаться такие циклы. Они заключаются не просто в проступках, они заключаются в ограничениях, которые общество налагает на преклира. Мы должны принимать это во внимание, понимаете? Это не просто сам преклир, правда? Общество тоже может тем или иным образом изводить преклира. Вот почему я привел вам эти два примера. Вокруг вашего преклира могут быть какие-то сумасшедшие танцы, о которых вы и не ведаете, или не замечаете их роли в происходящем. Так вот: вам придется с этим справиться. Вам придется и помимо этого улаживать социальное окружение вашего преклира, но эта ситуация даст вам все тот же симптом проступков – вот о чем я говорю. Вы будете наблюдать то же самое поведение. Человек будет получать улучшение – и ухудшение, улучшение - ухудшение, улучшение – ухудшение, вот таким образом.

Человек, имеющий огромное количество проступков, когда он не меняется, он просто пытается решить с помощью проступков проблему настоящего времени. Вот почему они их совершают, почему они продолжают их совершать – потому, что у них есть какая-то проблема. И это все приходит назад к ПНВ.

Но проступок как таковой, со стороны ли общества или со стороны индивидуума, может произойти во время любого одитинга. Продолжительностью в месяц или в год, но не во время одной сессии.

Так что иногда вы оказываетесь в ситуации такого рода: Вы одитируете преклира уже достаточно долго, чтобы ворота открылись, а преклир уходит с сессии и закрывает ворота – прямо у вас на глазах. И тогда вам нужно вот что – вам нужна значительная победа, так чтобы преклир поднялся достаточно высоко для того, чтобы не закрывать ворота у вас на глазах, прежде чем вы начнете одитировать его дальше. И это основная проблема проступков. Она не в том, будет ли нанесен ущерб обществу или нет. Я полагаю, что, пока мы до него не доберемся, оно даже при существенном ущербе способно само о себе позаботиться.

Мы не так сильно обеспокоены этим, как психиатры; все, что оценивает психиатр, это будет или нет нанесен ущерб людям в обществе. Вот почему ему приходится наносить ущерб людям. Он решает проблему «деструктивного поведения людей». Вот что все время сближает его с полицией и вот почему мы часто видим его представляющим людей в городском полицейском суде*Полицейский суд: в некоторых штатах США низший суд, имеющий полномочия разбирать легкие нарушения или нанесение незначительных обид. и тому подобных заведениях. Его проблема – это проблема общества – что люди не должны вести себя деструктивно, и он считает себя чем-то вроде ментального полицейского.

Ну, его проблема – это социальная проблема, и он пытается решать ее своим собственным способом, каким бы странным он ни был. Но и ваша проблема в то же время может стать социальной проблемой, и вы можете оказаться перед необходимостью улаживать социальный аспект кейса, потому что у вас не будет получаться никакого прогресса с этим кейсом. Иногда вы сталкиваетесь с этим неосознанно, и тогда вы думаете, что это не относится к сфере вашего контроля, и не улаживаете это.

Но кейс может совершать целую кучу – целую серию проступков, постоянно, впоследствии утаивая их от вас, что приведет кейс к катастрофе. И это более или менее постоянный – нет, изменяющийся кейс проступков. Такой кейс, тем не менее, будет ходить вверх-вниз. Он не висит на одном месте, как кейс с ПНВ.

Но парень – этот парень целую неделю обходится без битья по затылку маленьких детей. А затем к концу недели ему случается все-таки дать подзатыльник какому-нибудь малышу, и это еще один проступок, но вы о нем не услышите.

Однажды мне было очень интересно обнаружить о преклире, одитинг которого я супервизировал, что этот преклир по привычке убивал животных. Знаете, это было очень интересно. Просто животных – убивал животных. Он был вынужден это делать, понимаете ли. Там все было очень «логично». И у преклира не было вообще никакого прогресса. И это была тайна, которую нам нужно было разгадать. Что происходит, понимаете?

И вот мы копали, копали, копали, и наконец мы обнаружили, что там кое-что было – это не было такое животное, которое получил бы Фрейд, например, которое ребенок убил в двухлетнем возрасте, нечаянно сев на него. Нет, это была простая процедура: всякий раз, когда в поле зрения попадала кошка, а вокруг никого не было, эту кошку нужно было медленно забить до смерти, пока она совсем не подохнет, понимаете? Вот что все время сбивало одитора. Эти ворота были закрыты. Мог ли этот человек когда-нибудь осмелиться быть искренним с одитором? Нет! Понимаете?

Преклир закрыл ворота и намеревался и дальше держать их закрытыми. И, следовательно, не могло быть никакого общения с одитором, и вы увидели в результате очень неустойчивую победу. Через некоторое время преклир избавляется от этих вещей, и сила процесса сама по себе начинает тянуть его вверх. И теперь либо общество, либо сам преклир видят, что внезапно ему стало лучше, а этого не должно быть, потому что ему на самом деле следует оставаться как можно слабее – иначе он станет слишком деструктивным – так что его тянут обратно вниз, и вы видите, как на графике этот кейс идет вот так: вверх-вниз, вверх-вниз, но ни к чему не приходит. Когда вы это видите, вы понимаете, что перед вами непрекращающийся проступок.

По этому вопросу нет большого количества документации. У меня нет бешеного количества кейсов, которые можно было бы сейчас вам представить, по той простой причине, что не так уж часто эти вещи раскрываются. По ним очень трудно собрать сведения, потому что механизмом этого является утаивание. Так что в массе вы скорее подозреваете об этом уровне, чем обнаруживаете в действительности. Потому что очень часто одиторы стесняются расспрашивать о частной жизни других людей так настойчиво и так упорно, как это необходимо для того, чтобы взломать данный кейс. А если одитор – я говорю сейчас, в основном, об относительно необученном одиторе. Он стесняется, понимаете? Личные дела преклира – это…

Ну, конечно, он не знает о разуме достаточно, чтобы понимать, что личные дела преклира – это то, что заставляет его иметь люмбаго*Люмбаго (lumbosis): 1. Широко известное в Саентологии заболевание (5911К26) 2. Страшная болезнь, известная только в Саентологии (СХ Спец 66, 6509К09) , и что иметь их также безопасно, как и полную горсть скорпионов. До тех пор, пока это все остается ужасно личным, наш преклир остается ужасно больным. Так что это не кажется мне разумным отношением к делу. Тем не менее, вам будут встречаться одиторы, когда они только начали обучение или типа того, которые будут очень стесняться. Просто робеть.

«Вы когда-нибудь совершали проступок против МАСХ*МАСХ: Международная ассоциация саентологов Хаббарда: компания, которая руководит саентологическими организациями всего мира, а также Сент-Хиллом (ИП ОХС 20 фев 65)

Вот я только что пропустил утаивание где-то в группе. Ладно, я вам прощаю. Кто-нибудь годика через два придет ко мне и скажет: «Вы помните ту тысячу фунтов, которую вы искали? Вот, я ее взял, а вы простили мне это в сессии, помните?»

А одитор, задав такой вопрос, ожидает ответ типа: «Да. я однажды украл там ручку. Кажется, со стола регистратора».

И одитор испытывает огромное облегчение, что он вытянул этот проступок, и знает, что состояние преклира теперь начнет улучшаться. Люди, это осталось у меня в памяти как классика. Классика! Это был проступок.

Итак, вот то шаткое и неустойчивое состояние, которое вы будете наблюдать на этом уровне. Они не дадут себе двигаться вперед, потому что иначе они совершат что-то, что будет гораздо хуже; они все это уже продумали, понимаете? Если они поймают себя на том, что им стало лучше, они тут же запихнут себя обратно в трясину. Если общество увидит, что им стало лучше, каждый порядочный гражданин откроет по ним ружейный огонь, потому что они знают, что эти парни опасны.

И вот у вас идет дело ни шатко, ни валко – но вы знаете, что там есть проступок продолжающегося типа - действительно продолжающийся, проступок повторяющегося типа. Вот ключ к тем воротам. Это продолжающийся, повторяющийся тип проступка, там что-то происходит. Это случается снова и снова; это происходило уже много раз и это очень опасно, это не украсть ручку со стола в МАСХ. Это чуть-чуть посерьезнее.

И более того, общество также согласно, что это серьезнее. Этот вывод делается не на основании личных нравственных норм индивидуума… Те ребята, которые пытаются дать вам проступки с прошлого трака – как только кто-нибудь пытается всучить мне проступки с прошлого трака, я сразу вижу, что дело идет о текущей жизни. Почему? Ну, если с ними не пройти хорошо проступки в этой жизни, я знаю, что они тогда пойдут назад по траку, потому что - я хочу обратить ваше внимание, что ни один солдат из Римской Преторианской Гвардии*Преторианцы: в Др. Риме первоначально охрана полководцев, затем императорская гвардия (от лат. praetor – букв. «идущий впереди» - высшее должностное лицо в Др. Риме) больше не властен никого арестовать. Такой проступок раскрывать безопасно. Так что я сразу понимаю, что парень пытается от чего-то увильнуть. Не то чтобы не существует проступков с полного трака. Святые небеса! Но этот парень должен был бы порхать, как птичка, чтобы действительно взять на себя ответственность за них. Посмотрите! Для того, чтобы на самом деле рассматривать их как проступки, он должен был бы взять некоторую ответственность за свои прошлые жизни и должен был бы иметь некоторые четкие воспоминания об этом, и так далее. Иначе говоря, тут есть очень много условий.

То есть это правило не распространяется на 100 % случаев, что каждый раз, когда вы одитируете преклира и он вытаскивает проступок с прошлого трака, это означает, что он увиливает от раскрытия проступка в настоящей жизни. Нет, я говорю о таком малом – он не одитировался так долго и так эффективно, понимаете? И он выдает вам проступки с прошлого трака. Ну, нет! Посмотрите-ка! Мы увиливаем от раскрытия какой-то продолжающейся цепочки проступков.

А доказательство всего этого – доказательство этого то, что я видел несколько таких кейсов, которые никогда не получали никаких улучшений, пока, наконец, их не дожали до такой штуки. И это случилось только тогда, когда я зарядил обрез и сказал: «Эту жизнь, братишка! Ну? Когда ты жил эту жизнь. Когда ты был Джоном Джонсом. Нам нужно от тебя кое-что, что ты сделал во время этой теперешней жизни. Понял? Ну-ка, когда ты родился?»

«Э-э-э, я родился… Эй, вы обесцениваете мой прошлый трак!»

«Да, я знаю. Спасибо. Я хочу узнать вот что, я просто хочу сейчас удостовериться, что в этом промежутке от 21 июня, с 1921 года, или что-то вроде того, до настоящего момента, какая это дата?»

«Ну, это… это… это 1964 год».

«Так, прекрасно. Итак, в течение этого периода времени совершали ли вы что-либо, что считалось предосудительным обществом или кем-то еще?»

«Э-э, ну-у, к этому всегда так неразумно относились».

«Неразумно относились к чему?»

Тут, конечно, и выскакивает птичка. Понимаете? Что это? Теперь давайте выясним, что это. Когда мы уберем это с дороги, считайте, что мы вошли в ворота. В противном случае это одитирование проступков преклир может иногда использовать, чтобы держать вас за оградой. Так что прохождение проступков может иногда обернуться против вас. И иногда вы можете бесконечно проходить проступки и так никогда и не получить проступок, понимаете? Это особенности некоторых неудач, которые иногда бывают у вас с кейсами. Все это описано десятками различных способов в «Книге средств выправления кейсов».

И все же это – базовые, базовые вещи. И вы обнаружите в «Книге средств выправления кейсов», что все они сводятся к – что общее во всем этом, хотя это может не быть абсолютно ясно вам, когда вы будете просматривать средства выправления, что на самом деле вы собираетесь исправлять разрыв АРО, который был у человека или в котором он сейчас находится, или проступки, или утаивания, или пропущенные утаивания, или что-то подобное, что оставили незамеченным, чего никто не обнаружил и что может не знать даже сам преклир. Или это какой-нибудь вид замыкания постулата - противопостулата, массы – противомассы, которые находятся в таком тонком равновесии, что исключают всякий успех кейса.

Смотрите, человек настолько зафиксирован: вот он – это постулат А, и перед ним постулат В, и он сам в такой степени является постулатом А, что он прямо там и припечатывается. Он похож, знаете, на парня, который просто прилепился глазом к одной из этих машин, в которую бросают монетку, в зале грошовых игровых автоматов. А в ней что-то замкнуло, и вот она все продолжает и продолжает игру. Ребята, он приплыл. Он просто ни за что не оторвется от этого окошка. С виду покажется, что он легко разрывает АРО. Покажется, что он делает множество различных вещей, которые сами по себе довольно странные. Дзззынь – суть этого всего в том, что если вы отвлечете его внимание от той штуки, на которой он так крепко зафиксировался, он проиграет. Так что он лучше знает, что ему не следует позволять отвлечь свое внимание от этого глазка. Понимаете, он знает, что если он уберет оттуда глаз, кто-то нанесет ему удар. Он не должен покидать свой пост, вот и все тут.

Так что вы его одитируете, а он как бы старается от вас отделаться. Вы вроде как одитируете – на расстоянии трех-четырех футов от преклира, а он как бы старается обсуждать эти вещи и так, и сяк, и вы задаете ему вопрос, и так далее. И внезапно вы спрашиваете его так испытующе: «Какой вопрос я только что вам задал? Как это отвечает на …»

«Какой вопрос?»

«Ну, вопрос, вопрос, о чем вас только что спросили?»

На самом деле вы говорите - вы знаете - этот парень, все его внимание зафиксировано прямо здесь, понимаете? И он говорит: «О каком вопросе вы мне говорите?» И вы попадаете в одну из глупейших дискуссий. Когда вы оказываетесь в какой-нибудь такой глупой дискуссии, поймите, что вы никогда не обладали и долей внимания преклира, что вы не обладали вниманием преклира в сессии, что ваш преклир не был «в сессии». Вы одитировали его правую руку.

Итак, если у вас случается ситуация, в которой вам трудно разобраться, вы найдете все это подытоженным в «Книге средств выправления кейсов». Но, может быть, вы сами получите добрую порцию средства для выправления собственных мозгов, если просто попробуете внимательно проанализировать это вот на такой основе: Это ПНВ? Это проступок с последующим утаиванием и так далее? Или это разрыв АРО?

И тогда вы обнаружите, что в общем одитинге вам не приходится больше прибегать к «Книге средств выправления кейсов». Но вы понимаете, что, если у вашего преклира в сессии есть ПНВ, а вы не улаживаете ее, вы попадете в неприятности; если вы пытаетесь одитировать поверх разрыва АРО, вы попадете в неприятности; если между сессиями преклир совершил проступок, о котором вы не знаете, вы попадете в неприятности. Так что эти вещи вы будете встречать всегда. И они – они будут неизменны. Вот почему я специально их выделяю. Они не являются средствами выправления всего кейса, они занимают небольшую часть сессии.

Таким образом, вы видите, что действия одитора подразделяются на две части. Одна – это действия по маршруту, который он проходит, а другая – приведение кейса в состояние способности получать одитинг и воспринимать то что необходимо воспринимать на этом маршруте. И ему придется их выполнить, прежде чем он пойдет по маршруту. Так что у одитора есть два разных – абсолютно разных – класса действий. И действовать в стиле “найти и обезвредить”– пытаться поставить точный диагноз каждому кейсу далеко не всегда обязательно. Вы обнаружите, что не все кейсы, к счастью, одинаково трудно начинать вести. На самом деле, это даже не большая часть, это меньшая часть.

Так что огромное количество людей – они должны пройти определенную дистанцию на простых повторяющихся процессах. Пока они продвигаются по уровню I, они не получают настолько сильных улучшений, чтобы это их встревожило. У вас еще не включился механизм, связанный с проступками. И, знаете, здесь вступает еще множество факторов, работающих на одитора Ступени I. На 0 для него нет большой разницы. И он еще не поднялся настолько. Но на I, когда он наконец добрался до уровня Релиза, вот тогда, если у вас будет присутствовать связанный с проступками механизм, он сбросит себя обратно под гору, следовательно, на Cтупени II нам придется обратиться к «Книге средств выправления кейсов».

И с этого момента до самого конца пути одитору придется быть очень бдительным насчет этого в каждой сессии, которую ему случится проводить. Ему нужно очень четко осознавать и быть готовым распознать эти три вещи. Это те три вещи, которые будут не пускать его внутрь. Когда появляется что-то, кроме этого, и кажется, что это что-то другое, и кажется, что оно ужасно серьезно, и т. д. – просто прекратите такие разговоры, отбросьте такие мысли: это какая-то из указанных трех вещей. «Да, я знаю, но там такая ужасная ситуация, и там все смертельно, и результаты этого так ужасны, что это, возможно, что-то более сложное, чем просто ПНВ, проступки или разрывы АРО».

Нет, извините меня, но это не возможно, потому что вряд ли найдется что-нибудь хуже, - потому что тут вы не сможете продвинуться ни на дюйм при всей легкости внешних проявлений, - чем кейс с хронической ПНВ, кейс, хронически и бесконечно совершающий один и тот же тип проступков, или человек в тяжелом разрыве АРО, который не знает, что его гнетет, и просто вышел из-под контроля вследствие короткого замыкания всей панели управления с одного конца до другого.

Вот теперь, имея эти три условия, допустим, вы получаете кейс, терпящий хронические неудачи. Его нужно дестимулировать, потому что все это здорово рестимулировано, понимаете? Одитор должен что-то предпринять, чтобы сделать этого человека способным одитироваться.

Такие люди встречаются даже на Уровне 0 и Уровне I. И они в ужасном состоянии, позвольте вас заверить. Они – они не получают улучшений. И что бы вы ни делали, вы тычете пальцем в тот или иной из этих трех факторов, которые будут рестимулироваться, какой бы из них ни был не в порядке.

Так что вашей правильной процедурой на этих уровнях будет перевести преклира к одитору, который знает, как это делается, выправить преклира и затем вернуть его обратно на исходную Ступень. Только из-за того, что он получал исправление уровня II или III, нет никакого резона считать его теперь в достаточно хорошей форме, чтобы одитироваться на II или III Ступенях. Теперь он, пожалуй, достаточно продвинут, чтобы проходить «это есть». Потому что эти процессы требуют определенного героизма. Если вы просмотрите их, они гладят преклира по шерстке довольно мягко, но иногда их приходится выполнять и очень жестко, против шерстки. Попытка заставить человека выдать действительный проступок, разоблачение которого необходимо для разрешения кейса, может вылиться в ситуацию прямого давления. «Ну, я просто собираюсь сидеть здесь всю ночь напролет. Меня абсолютно не смущает мысль просидеть здесь всю ночь, а вы будете сидеть там всю ночь, и мы оба будем просто ждать, пока, в конце концов, вы не скажете, что дало падение на этом э-метре».

И вы видите, как ваш преклир говорит: «Ну, хорошо, раз вы так ставите вопрос – это я бросил горсть гвоздей в колею, по которой ездит твоя тачка, и из-за этого у тебя вчера спустила шина. Ладно. Теперь иди и стреляй меня».

Это, конечно, крайность. Иногда вы натыкаетесь на это, вы просто совсем не можете двигаться по постепенной шкале общения, понимаете? «О чем вы хотели бы мне рассказать?» - и так далее. Это сработает почти во всех кейсах. А этот парень абсолютно готов рассказывать вам о чем угодно, кроме одного того самого проступка. Ну, остается только один выход – наехать и вытрясти это из него.

«Хорошо. Я вам вот что скажу: когда вы будете готовы мне об этом рассказать, мы будем одитироваться дальше. Договорились? Сессия закончена».

«Что? Что происходит? Ну, если вы так ставите вопрос, я совершенно готов сказать вам об этом. У меня есть одна отвратительная привычка. Скверная у меня привычка. На самом деле это навязчивое желание – топить молодых девушек».

Это очень, очень интересно. Есть способы подходить к этому мягко, по шкале постепенности, но при конечном рассмотрении все сводится к факту, что это как-то связано с вами. И мы можете относиться к этому так мягко и так прекрасно, как вам захочется,, но помните, что это будет что-то, касающееся вас. И иногда это будет выходить далеко за пределы круга вещей, к которым относятся прекрасно.

В любом случае, как бы то ни было, вот эти три препятствия, и они могут встретиться на всем пути вашего следования. Конечно, «Книга средств выправления кейсов» на всем своем протяжении ведет тем или иным образом к этим вещам. Это может быть совсем неявно – как некоторые из средств выправления соотносятся с какими-то из этих вещей, потому что эти средства были найдены эмпирическим путем; это просто те штуки, которые постоянно срабатывали долгое время. Но вот эти три являются основными, и это те три, которые стоят поперек дороги на маршрутах и которые вам, как одитору, постоянно приходится улаживать, так что я подумал, что лучше мне суммировать сведения о них и рассказать вам все, что я о них знаю, так быстро, как я мог.

Большое спасибо.