English version

Поиск по названию:
Полнотекстовый поиск:
АНГЛИЙСКИЕ ДОКИ ЗА ЭТУ ДАТУ- Eyesight and Glasses (PAB 111) - PAB570500 | Сравнить
- Radiation Picture and Scientology (AB-47) - AB570500 | Сравнить
СОДЕРЖАНИЕ РАДИАЦИОННАЯ КАРТИНА И САЕНТОЛОГИЯ
Cохранить документ себе Скачать
Выпуск 47 [1957, ок. середины мая]
Журнал ДИАНЕТИКИ и САЕНТОЛОГИИ из Вашингтона, О.К.
Issue 47 [1957, ca. mid-May]
The Magazine of
DIANETICS and SCIENTOLOGY
from Washington, D.C.

РАДИАЦИОННАЯ КАРТИНА И САЕНТОЛОГИЯ

The Radiation Picture and Scientology

Л. Рон Хаббард
L. Ron Hubbard

Эта страна стала очень озабочена радиацией в прошлом году или около того и поскольку мы в Саентологии достигли большой ясности понимания ее, я думаю, что должен вам программу по Саентологии и радиации.

The country has become very involved with radiation in the past year or so and as we in Scientology have achieved a much clearer understanding of this I think I owe you a rundown on Scientology and radiation.

В начале позвольте мне ручаться вам, что всех наших интересов в радиации в это время только два: что радиация может создавать истерию, а Саентология урегулирует истерии, и во-вторых, что истерия из-за радиации, приводит людей в довольно жалкое состояние, а Саентология может реабилитировать их. У нас нет никакой политической или международной заинтересованности в радиации.

At the outset let me assure you that our total interests in radiation at this time are two only: that radiation can create hysteria, and Scientology handles hysteria, and secondly that hysteria, because of radiation, puts people in rather poor condition and Scientology can rehabilitate them. We have no political or international interest in radiation.

Как вы можете помнить, МАСХ в Фениксе, Аризона, была там в то время, когда были проведены многочисленные испытания бомб в Штате Невада, всего только на расстоянии 250 миль. В то время мы имели некий смутный интерес в радиации, но больше в направлении определения местоположения любых осадков урана, которые могли бы ускользнуть от внимания. Владея инструментами, которые могли измерять радиацию, мы были весьма потрясены, обнаружив, что атмосферу и рояли*По всей видимости, счетчиком Гейгера было обнаружено радиоактивное заражение этого музыкального инструмента. Может быть, в результате накопления радиоактивной пыли. Более точных данных обнаружить не удалось. начали считать до некоторой степени тревожащими. Это было сразу после того, как Водородная бомба была зарыта под девятью футами земли и взорвана. Эти радиоактивные частицы пыли циркулировали по Юго-западу долгое время прежде, чем рассеялись.

As you can remember, the HASI in Phoenix, Arizona, was there at the time when a great deal of bomb testing was being done in Nevada only 250 miles away. At that time we had some vague interest in radiation, but it was more in the direction of locating any deposits of uranium which might have escaped notice. Being in possession of instruments which could measure radiation, we were quite shocked to discover that the atmosphere and the grand pianos began to count somewhat alarmingly. This was immediately after an H-bomb had been buried under nine feet of dirt and had been exploded. These radioactive dust particles swirled around the Southwest for quite a while before they separated themselves out.

Мы были взволнованы. Мы были взволнованы, потому что количество радиации явно было пугающе большим и я был взволнован так же, как и остальные, возможно даже больше, из-за моей ответственности за наших людей в области Феникса. Я чувствовал, что мы не могли продолжать в непосредственной близости от такого большого количества испытаний и поэтому я прибыл на Восток, чтобы провести Конгресс и основать офисы где-нибудь подальше от той области. Имелись и другие локальные причины, но радиация была более или менее главной причиной.

We were worried. We were worried because the amount of radiation was obviously alarmingly great and I was as worried as the rest, perhaps even more so because of my responsibility for our people in the Phoenix area. I felt that we could not go on in the immediate vicinity of a great deal of testing and so I came East to give a Congress and establish offices somewhere away from that area. There were other local reasons but this radiation reason was more or less primary.

Отступив на Восток, мы не проводили никаких дальнейших исследований, но мы продолжали поражаться. Мы читали о радиации в публичной печати, мы читали, как правительство говорило, что она была не опасна, и мы читали очевидно ответственных ученых по этому предмету, говорящих, что она была очень опасна. Но так как мы видели рояли, излучающие подобно урановым шахтам, мы, конечно, придерживались мнения, что радиация была чрезвычайно опасной вещью.

Back East we made no further tests but we continued to be impressed. We read about radiation in the public press, we read how the government was saying how it was not dangerous, and we read apparently responsible scientists on the subject saying that it was very dangerous. But because we had seen grand pianos counting like uranium mines, we were, of course, of the opinion that radiation was an extremely dangerous thing.

Без дальнейшего исследования этого предмета и уделяя внимание только тому, что было напечатано в публичной прессе, мы не видели никакой причины изменять нашу позицию относительно радиации. Но недавно случились некоторые вещи, которые вызвали значительное изменение.

Without further examination of this subject and paying attention only to what was printed in the public presses, we saw no reason to change our attitude concerning radiation. But some things have happened recently which have brought about a considerable change.

Я только что закончил Конгресс в Лондоне, и общался с Членами Парламента через представителя МАСХ на предмет радиации. Авторитетным членом Британского Правительства было ясно и четко заявлено, что Россия полностью использовала факторы истерии, свойственной радиации, чтобы заставить Англию остановить производство Водородных бомб и мешать ее обороноспособности другими способами. Он имел неопровержимое доказательство того, что кампания истерии, проводимая Россией внутри Англии и Соединенных Штатов полностью была попыткой воспрепятствовать их национальной обороне.

I have just completed a Congress in London and was in communication with Members of Parliament through a HASI representative on the subject of radiation. It was clearly and cleanly stated by an authoritative Member of the British Government that Russia was making full use of the hysteria factors inherent in radiation in order to stop England from constructing H-bombs and to impede her defenses in other ways. He had incontrovertible proof that the hysteria campaign being conducted by Russia inside England and the United States was totally an effort to impede their national defense.

Вы должны понять, что Российские кампании относятся к типу умственных, промывающих мозги. Радиация специально приспособлена под их тактику агента-провокатора.

Russian campaigns you must understand are of the mental, brainwashing type.

Когда я возвратился в Америку, две вещи стали очень очевидными. Первая из них: только печать России и Соединенных Штатов не сообщила о моих замечаниях, сделанных на Конгрессе по Ядерной Радиации и Здоровью в Зале Британского Имперского Общества в Лондоне. Другие газеты всего мира преподнесли эти замечания как заголовки новостей. Эти замечания были того содержания, что истерия была самой большой опасностью радиации. На Конгрессе я сказал, что Водородная бомба не является оружием потому, что она слишком мощная, и она не будет принуждать к повиновению, а только вызывать ужас. Эти замечания более или менее полностью находятся в издающейся сейчас книге, которая называется «Все О Радиации», только для Британского рынка.

Radiation is tailor-made to their agent provocateur tactics.

Второе, что произошло — я вспомнил, почему я оставил Лигу Авторов Америки несколько лет назад. Ее правление начало предлагать призы, чтобы боготворить национальные меньшинства и оно принимало данные другого политического курса и пыталась навязать это Американским писателям. Газетная Гильдия, насколько я знаю, не полностью свободна от этого влияния.

When I returned to America two things became very obvious. The first of these was that only the press of Russia and the United States did not report my remarks made at the Nuclear Radiation and Health Congress at the Royal Empire Society Hall in London. Other newspapers the world around carried the remarks as headline news. These remarks were to the effect that the greatest danger of radiation was hysteria. At the Congress I said that the H-bomb was not a weapon because it was far too powerful, it would not coerce obedience but only terror. These remarks are more or less complete in a book now being published called All About Radiation, for the British market only.

Другая вещь, которую я сделал: я взял счетчик Гейгера и провел проверку Вашингтона. Немного ранее этот счетчик Гейгера дал ложное показание, потому что рукоятка, используемая со счетчиком, как оказалось, немного была загрязнена ураном. Но с хорошо действующим и чистым счетчиком было обнаружено, что фоновый уровень радиации Вашингтона, Округ Колумбия, был тот же самый, как и в 1932 году, когда я собирался в Университет Джорджа Вашингтона и изучал радиацию. Другими словами, явно не было никакого общего увеличения уровня радиации в Лондоне или Вашингтоне из-за испытания бомбы. Я сделал больше чем это. Я вычислил количество гамма и космических лучей, которые ежедневно падают на поверхность Земли и сравнил это с суммой радиационных отходов от испытаний, которые выбрасывались в атмосферу ежегодно. Цифры не сравнимы. Добавленная искусственная радиация вероятно никогда не составит количества радиации от люминесцентной шкалы ваших часов.

Another thing that happened is that I remembered why I left the Author’s League of America some years ago. Its Board had begun to offer prizes to deify minorities and it was taking other party-line data and trying to foist it off on American writers. The Newspaper Guild, so far as I know, is not entirely clear of this influence.

На полном траке, радиация была опасна по той серьезной причине, что большое количество радиации было в те эпохи, которые могли быть уничтожены взрывами. Однако, радиация связана с периодом полураспада материи и у более старой вселенной меньше доступной радиации, чтобы метать ее в людей. И хороших вещей тоже.

The other thing I did was to take a Geiger counter and make a test of Washington. A little earlier this Geiger counter had been giving false evidence because the stick used with the counter, as will happen, evidently had some uranium stuck to it. But with the counter in good operating order and clean, it was discovered that the background count of Washington, D.C., was the same as it was in 1932 when I was going to George Washington University and studying radiation. In other words, there has apparently been no general increase of count in London or Washington because of bomb testing. I did more than this. I made a calculation of the amount of gamma and cosmic rays which fall on Earth’s surface daily and compared this to the amount of test radiation waste which would be thrown into the atmosphere yearly. The figures do not compare. The added man-made radiation will probably never add up to your luminous dial watch.

В то время как у нас нет сомнений относительно действительной опасности бомбы, сброшенной на город, мы находимся теперь в положении сомнения относительно весьма тщательно превозносимого вреда испытательных взрывов, что внушается населению Земли, очевидно, коммунистическими пропагандистами.

On the whole track, radiation was dangerous for the good reason that there was more radiation in those times that could be exploded. However, radiation is a half-life matter and the older the universe gets the less radiation there is available to throw at people. And a good thing, too.

Россия вызвала ажиотаж среди населения Америки, чтобы оставить США беззащитными. Это уже привело к дефектной Американской гражданской обороне и приобретает импульс к общественному требованию запрета бомб. Так работает Россия. Россия оказывает воздействие на воображение населения. Россия использует любое знание разума, которое она имеет, чтобы вселять страх и вызывать разрушение. Она является недостойным поставщиком научной информации.

While we have no doubt whatsoever of the actual dangers of a bomb dropping on a city, we are now in a position to doubt rather thoroughly the vaunted harm from test bombing which is being sold the populations of Earth, evidently by the Communist propagandists.

Россия уже довольно хорошо преуспела в этой области захвата контроля над разумом. Нет никакого существенного различия между диалектическим материализмом и Вундтовской психологией. Тем не менее, Вундтовская психология преподается во всех университетах Соединенных Штатов. Англия, имеющая более старое и зрелое правительство, чем Правительство Соединенных Штатов, уже пробудилась и предпринимает активные правительственные шаги, чтобы остановить эту общественную панику. Англия, например, не покупает Вундтовскую психологию. Англия покупает Саентологию в довольно больших количествах. Но это еще не верно для Соединенных Штатов. То, что так будет в будущем — более или менее несомненно, но что этого нет в настоящее время — факт. Пока еще только лучшие интеллекты США покупают Саентологию.

The U.S. population is being stampeded by Russia toward leaving the U.S. defenseless. Already this has accomplished a defective U.S. civil defense and is gaining momentum toward a public demand for no bombs. This is how Russia works. Russia works on the population imagination. Russia uses any knowledge of the mind she has to instill fear and bring about destruction. She is an unworthy purveyor of scientific information.

Мы можем быть уверены относительно осадков — они не опасны в настоящее время. Они не сравнимы с суммой “естественной радиации”, которая нас бомбардирует. Если бы Вы переехали жить во Флориду, то увеличили бы свой радиационный уровень намного больше, чем он увеличился бы, если бы Вы остались на здоровом севере и правительство провело бы на десять тысяч испытаний бомб больше. Другими словами, просто выставление вас на открытое солнце даст Вам больше радиации, чем Вас могло бы поразить в ближайшем будущем из-за испытаний бомб. Это точный факт, что в наше время вокруг нет достаточного количества урана, чтобы действительно полностью загрязнить атмосферу. Я знаю, что это находится в противоречии с моими собственными утверждениями по этому предмету, который очень интересен. Мои собственные утверждения были сделаны в свете нашего более раннего опыта. Мы ощутили осадки от испытаний в Фениксе, и я не проводил дальнейших испытаний или вычислений. Другими словами, я сам был подхвачен этой кампанией запугивания народных масс до полусмерти.

Russia has already succeeded rather well in this field of seizing control of the mind. There is no essential difference between dialectic materialism and Wundtian psychology. Yet, Wundtian psychology is taught in all the universities of the United States. England, being an older and more mature government than the United States Government, has already awakened to this and is taking active government steps to halt this matter of public panic. England, for instance, is not buying Wundtian psychology. England is buying Scientology in rather large amounts. But this is not yet true of the United States. That it will come about in the future is more or less a certain thing, but that it does not exist at the time is a fact. Only the better IQs of the U.S. as yet buy Scientology.

Реакция на радиацию таким образом полностью, совершенно и целиком умственная!

We can be assured on the score of fallout — it isn’t dangerous at this time. It does not compare to the amount of “natural radiation” with which we are being bombarded. If you went down to Florida to live you would increase your radiation count much more than it would be increased if you stayed well North and the government blew off ten thousand more test bombs. In other words, just exposure to a clearer view of the sun will give you more radiation than you could be hit with in the near future because of test bombs. It’s just a fact that there isn’t enough uranium around to actually thoroughly contaminate the atmosphere at this time. I know that this is in controversy to my own statements on the subject — which is very interesting. My own statements were made in the light of our earlier experience. We had experienced test fallout in Phoenix and I had not made further tests or calculations. In other words, I myself had been swept up in this campaign to frighten the populace half to death.

Влияние Дианезина зависит от радиационных инцидентов полного трака, рентгена и загара в текущей жизни. Удалением инграммы, которая может реагировать на беспокойство о радиации, беспокойство по поводу радиации делается безболезненным.

The reaction to radiation is thus entirely, completely, and wholly mental! Dianazene depends for its reaction upon whole-track radiation incidents, and x-ray and sunburn in the current life. By taking away the engram which can react to the worry about radiation, worry about radiation is then made non-painful.

Если вы сложите все это, вы ясно увидите, что панические разговоры относительно радиации это источник радиационной болезни в нашем настоящем мире. Атомная бомба — слишком мощное оружие, чтобы использовать ее для контроля людей и, поэтому, не оружие. Но она обещает населению отсутствие будущего, и таким обещанием она заглушает усилия к выживанию. Это само по себе может навлекать болезни.

If you add all this up you will clearly see that scare talk about radiation is the source of radiation sickness in our present world. The Atom Bomb is too powerful a weapon to be used for control of human beings and is therefore not a weapon. But it does promise the population no future, and so promising, it damps out efforts toward survival. This itself can bring on sickness.

Но мы не должны вводить себя в заблуждение, думая, что подлинная радиация в опасных количествах находится, по воле случая, в этой атмосфере в настоящее время. Ее нет. Все, что я приглашаю Вас сделать, это взять счетчик Гейгера и проверить вокруг. Есть, вероятно, ионосферная вспышка, которая дает крошечное внезапное возмущение радиации в течение самого краткого момента времени — меньше чем количество, которое Вы получила бы от простого рентгена — и это действует как рестимулятор инцидентов полного трака. Но не правда, что сейчас радиация дрейфует вокруг, жаля вас.

But we should not delude ourselves in thinking that actual radiation in dangerous quantities is adrift in this atmosphere at this time. It is not. All I invite you to do is to get a Scintillometer or Geiger counter and test around.

На предмет стронция-90, интересно обратить внимание, что достаточное введение кальция приводит человека в состояние полного иммунитета к любому воздействию, оказываемому стронцием-90. Ребенку нужно давать пить больше молока и, вероятно, немного усилить кальцием его питание, если кто-то действительно взволнован по поводу этого.

There is probably an ionospheric flash which gives a tiny sudden shock of radiation for the briefest instant of time — less than the amount you would get from a simple x-ray — and this acts as a restimulator to whole-track incidents. But it isn’t true that radiation is drifting around biting you at this time.

Эта борьба, в таком случае, находится в области пропаганды. Она не в сфере действительной науки. Я чрезвычайно удивлен некоторыми из ученых, которые говорят, что радиация опасна. Эти люди должны знать свое дело профессионально, а они не дают истинной информации. С другой стороны, нет ни одного правительства, делающего действительную информацию доступной. Правительство стремится убеждать публику по причине существования мнения. Мнение не имеет никакой ценности в науке. Если Вы хотите знать о радиации, идите и ищите какую-то радиацию в атмосфере и если Вы не сможете найти больше, чем обычный фоновый уровень, тогда Вы должны предположить, что в атмосфере нет никакой лишней радиации. Я не говорю, что ученые, которые били в барабаны об опасностях радиации, вдохновлены коммунистами. Я не говорю, что эти люди — коммунисты. Я просто говорю, что они способствуют и помогают Коммунистической кампании.

On the subject of strontium-90 it is interesting to note that a sufficient intake of calcium renders a person completely immuned to any effects of strontium-90. A child should be made to drink more milk and probably should have his diet fortified a little bit with calcium if anybody is truly worried about it.

Мы не будем помогать коммунистической пропаганде, нацеленной на возбуждение Американской публики на восстание против Американской обороны. США могут выторговать свой путь из этого. Я очень надеюсь, что будет достигнут общий контроль радиации во всем мире и я уверен, что если этого не достигнуть, то национальные правительства умрут. Я также совершенно уверен, что никогда не будет такой вещи как атомная война. Я просмотрел это довольно тщательно и я лично не полагаю, что национальные правительства будут достаточно долго оставаться на их настоящем уровне не выживательной деятельности.

This fight, then, is in the propaganda field. It is not in the field of actual science. I am extremely surprised at some of the scientists who are saying that radiation is dangerous. These men professionally should know their business and they are not expressing the true data. On the other hand, neither is the government making actual data available. The government is seeking to convince the public on the score of opinion. Opinion has no validity in science. If you want to know about radiation, why, go and look for some radiation in the atmosphere and if you cannot find more than the usual background count then you must assume that there isn’t any extra radiation in the atmosphere. I am not saying that the scientists who have been beating the drum on the dangers of radiation are Communist-inspired. I am not saying that these men are Communists. I am merely saying that they are aiding and assisting a Communist campaign.

Наш намек — не обращать внимания на радиацию, если мы вообще упоминаем о ней. Люди, которые волнуются по поводу радиации, взволнованы потому, что достаточное количество разговоров о ней рестимулировали достаточно инграмм, чтобы сделать их действительно очень больными. Мы можем делать что-то с рестимуляцией. Но мы не ведем никакого бизнеса, способствующего этой общественной истерии каким-либо способом. Мы — люди, которые следят за истерией, а не те, кто возбуждает ее. То что мы делаем, немного больше, чем одна из новых разрушительных игрушек Человека.

We will not assist Commie propaganda aimed at stampeding the U.S. public into revolt against U.S. defense. The U.S. can bargain her way out of this. I am very hopeful that a general control of radiation the world around will be achieved and I am sure that if it is not achieved, national governments are dead. I am also fairly sure that there will never be such a thing as an atomic war. I have looked this over rather carefully and I personally don’t believe that national governments will last long enough at their present rate of non-survival activity.

Наша кампания должна продать Саентологию. Если мы продаем ее хорошо, то психиатрия и психология рухнут. Например, одна из наиболее неудачных вещей, в которые психиатрия и психология когда-либо вовлекалась, была эта кампания умственного здоровья этой весной. Эти люди не способны выдержать общественного исследования. Их общие действия достаточно вредоносны для их пациентов, так что, если они высунут свою голову хоть немного дальше, то даже люди в правительстве будут способны видеть, что там существует надувательство. Я ожидаю, в пределах следующих двух или трех лет, увидеть полное и тщательное расследование конгресса “рэкета милосердия” и ожидал бы увидеть психиатрию и психологию, находящимися в авангарде тех, кого расследуют. Прежде, чем Вы начинаете рекламировать что Вы можете делать что-то, Вы должны быть способны делать это. Сами мы страдаем от задержки общения в семь лет. Не все семь лет мы были способны одинаково обучать одиторов до уровня, где они могут получать максимально возможные результаты от Дианетики и Саентологии. Поэтому мы ощутили значительную общественную реакцию. Теперь мы делаем наши перспективы хорошими. Мы можем выдержать наиболее подробное и тщательное исследование на предмет того, что мы делаем и как мы делаем это. Программа Утверждения всех Сертификатов, за которую мы теперь беремся — очень заслуживающий внимания шаг в этом направлении. Сегодня мы можем обучать одитора. Мы можем обучать его очень, очень хорошо. У нас есть процессы, которые делают одитора способным одитировать. И это довольно легко добавится к нашему достижению господства в области человеческого разума. Всей психиатрии и психологии необходимо делать что-то, они должны бороться против нас немного сильнее, рекламировать себя немного более настоятельно, а публика и правительство проследят, чтобы они потерпели крах. Кроме того, психиатрия и психология действуют слишком близко к правительству. И если люди начинают отворачиваться от правительства из-за обещания правительства уничтожить их Водородной бомбой, они также будут отворачиваться от любого, кто поддержал правительство в сфере промывания мозгов.

Our cue is to make nothing out of radiation, if we mention it at all. People who are worried about radiation are worried because enough talk about it has thrown enough engrams into restimulation to make them actually quite ill. We can do something about restimulation. But we have no business aiding this public hysteria in any way. We are the people who take care of hysteria and not the people who stir it up. What we are doing is a bit bigger than one of Man’s new destructive toys.

Мы немного потеряли интерес к траку с радиацией, ее опасностью; с политикой, потребностью сделать что — то по ее поводу; но мы больше не вне трака. Мы находимся в бизнесе Саентологии. И Саентология значительно возвышается над «сапожной» работой нескольких, до некоторой степени ненормальных, ученых и препирательств нескольких человеконенавистников, мгновение носящих политические короны.

Our campaign is to sell Scientology. If we sell it well, psychiatry and psychology will collapse. For instance, one of the most unfortunate things that psychiatry and psychology have ever engaged upon has been this mental health campaign of this spring. These people are not capable of withstanding public scrutiny. Their general activities are sufficiently harmful to their patients that if they stick their head up just a little bit further, even people in the government will be able to see that there is a swindle involved there. I expect within the next two or three years to see a complete and thorough congressional investigation of “charity rackets” and would expect to see psychiatry and psychology leading the van in those who are being investigated. Before you begin to advertise that you can do something, you should be able to do it. We ourselves are suffering from a comm lag of seven years. Not for seven years were we able to train auditors uniformly up to a level to get the maximum possible results out of Dianetics and Scientology. We, accordingly, experienced a considerable public kickback. Now we are making our promises good. It is possible for us to withstand the most minute and searching scrutiny on the subject of what we are doing and how we are doing it. The Validation Program of all Certificates which we are now entered upon is a very worthwhile step in this direction. We can today train an auditor. We can train him very very well. We have the processes which make an auditor able to audit. And this will accrue into our attaining dominance in the field of the human mind rather easily. All psychiatry and psychology need to do is to fight us a little harder, to advertise themselves a little more strongly, and the public and the government will see to it that they collapse. Furthermore, psychiatry and psychology are playing it too close to the government. And if people begin to turn away from the government because of the government’s promise to extinguish them with an H-bomb, they will also turn away from anybody who supported the government in the field of brainwashing.

Мы сегодня очень легко владеем наиболее мощным “оружием”, существующим в настоящее время по четвертой динамике. Это оружие — Саентология. Мы не используем его для зла, мы используем его для добра. Поэтому с ним мы победим.

We have gone a little off track here with radiation, danger of; with politics, the need to do something about; and we are not off track any more. We are in the business of Scientology. And Scientology rises considerably above the tinkerings of a few somewhat deranged scientists and the bickerings of a few misanthropic men wearing political crowns for the moment.

Ответ на все это — передать Саентологию индивидуумам. Не пытайтесь передать ее группам. С группой не легко говорить. Нужно передать ее личностям, и нужно использовать навыки Саентологии, чтобы вызвать со стороны индивидуумов лучшее понимание их и себя.

We have today very easily the most powerful “weapon” extant in the fourth dynamic. That weapon is Scientology. We are not using it for evil, we are using it for good. Therefore, we will win with it.

Я не говорю, что различные правительства не могли бы делать чего-то опасного с испытанием. Я не говорю, что Водородные бомбы — хорошее оружие. Я говорю только, что мы можем пережить это. Я говорю только, что у нас есть один кейс — мой —, который 502 раза получил “допустимое” количество и, спасибо, приятно выживает, и другие кейсы, которые находятся в подобном состоянии благодаря хорошему процессингу. Я говорю, что с хорошим, современным одитингом Саентолог может пережить это — так зачем беспокоится об этом. Как организация и как личности мы поднимаемся к верхним тонам быстрее, чем другие падают. И Человек стоит лицом к лицу со многими более опасными, чем Радиация, врагами.

The answer to all this is to sell Scientology to individuals. Don’t try to sell it to groups. One doesn’t easily talk to a group. One should sell it to individuals and he should use the skills of Scientology to bring about a better understanding on the part of individuals of themselves and of himself.

Я даю Вам все это как объяснение того, что Вы теперь начнете видеть происходящим в центральной организации, и это будет Саентология — хорошие одиторы — утверждение старых сертификатов — хороший процессинг — настоящие клиры — другие вещи, которых мы ждали все эти годы. Мы теперь проходим Ступени довольно легко. Мы делаем вещи, о которых мы прежде никогда не думали, что они были возможны. Мы соответствуем любому оптимизму, который я когда-либо проявлял. Я знал, что я мог делать это. Боюсь, что я был самонадеян в некоторых других направлениях, но есть одна вещь, которой я никогда не делал. Я никогда не говорил Вам чего-то другого, чем то, во что я верил безоговорочно и полностью. Я был честен с Вами настолько, насколько знал, как быть таким, и я был так же честен относительно моих недостатков, как и относительно моих побед. Вы можете рассчитывать на это всегда, Вы знаете, что можете.

I am not saying that the various governments might not do something dangerous with testing. I am not saying that H-bombs are good weapons. I am only saying we can survive it. I am only saying that we have one case — me — who has had 502 times the “allowed” amount and is surviving nicely, thank you, and other cases that are in like condition because of good processing. I am saying that with good, modern auditing a Scientologist can survive it — so why worry about it. As an organization and as individuals we’re going up-tone faster than others are going down. And Man faces many enemies more dangerous than Radiation.

Я прошу вашего сотрудничества в нашей новой кампании — совершенно новой кампании:

I am giving you all this in explanation of what you will now begin to see come from the central organization and that will be Scientology — good auditors — validation of old certificates — good processing — bona fide clears — other things which we have waited to see all these years. We are making the grade now rather easily. We are doing things that we never thought were possible before. We are living up to any optimism which I ever gave out. I knew I could do it. I am afraid that I was over-confident in some other directions, but there is one thing that I have never done. I have never told you other than what I believed implicitly and completely. I have been as honest with you as I knew how to be and I have been as honest about my shortcomings as I have been about my victories. You can count on that, you know you can — for you always I invite your cooperation in this new campaign of ours — a brand-new campaign: To sell Scientology, Sanity and Survival to the individuals alive on Earth today.

Продавать Саентологию, Здравомыслие и Выживание индивидуумам, живущим на Земле сегодня. Спасибо.

Thank you.

Л. РОН ХАББАРД
L. RON HUBBARD